– Но она не кричит, – заметил Клайв, с меньшим удовольствием, чем раньше, разглядывая свой кинжал. – Может, он не…

– Ошибаешься, – возразил Вилли. – Можешь не сомневаться, Рейдер взял то, что хотел. Да и какая женщина в силах устоять перед нашим капитаном, особенно если он настроен так решительно?!

– Точно, – подхватил Джимми. – Помните ту заносчивую леди Софию или как ее там? Она стонала под ним все то время, пока мы не покинули Венецию. Да, Рейдер дьявольски хорошо умеет ублажать женщин.

– Действительно, старина Рейдер лучше всех в этом деле, – поддакнул Стенли.

Конечно, это было слабое утешение, но все же Вилли глубокомысленно заметил:

– По крайней мере, нашей Вул-вич достался самый лучший.

* * *

Только через час Рейдер проснулся и поднял голову. Это разбудило Блайт, и она сладко потянулась. Его нога, перекинутая через ее бедро, ничуть ей не мешала. Блайт хотела бы всю жизнь просыпаться, чувствуя на себе такую приятную тяжесть.

Рейдер в свою очередь наслаждался прикосновением к ее удивительно гладкой коже. «Хорошо бы, просыпаясь, всякий раз находить возле себя Блайт», – думал он.

– Ты моя, Блайт Вулрич, – в его голосе прозвучали собственнические нотки.

По телу Блайт пробежала сладкая дрожь. Он называл ее своей судьбой, своей добычей. «Рейдер прав, – призналась самой себе Блайт. – Я действительно принадлежу ему».

Неожиданно Блайт поняла, что любит Рейдера Прескотта.

Да, она – благоразумная, добропорядочная Блайт Вулрич – влюбилась в пирата! Полюбила того, кто ее похитил, лишил невинности и, против воли, сделал своей любовницей! «Против воли, но не против желания», – напомнила себе Блайт. Именно собственное бесстыдное поведение способствовало этому падению. Теперь она будет сурово наказана. Рано или поздно, но Рейдер однажды высадит ее на берег, вернет домой. Возможно, она уже носит под сердцем ребенка. Да, Блайт принадлежит Рейдеру, вот только…

– … на какой срок? – произнесла она чуть слышно, но ей показалось, что прогремел гром.

Да, Рейдер хотел ее тело, хотел наслаждаться ею, подчинить ее себе. Он добился от нее ответной страсти и теперь желал, чтобы она постоянно находилась рядом с ним. Но как долго это продлится?

Блайт повернулась на бок, чтобы Рейдер не видел ее лица, и зажмурилась, пытаясь сдержать непрошеные слезы. Плечи Блайт начали мелко вздрагивать. Даже если Рейдер и полюбит ее, хотя бы чуть-чуть, все равно он останется пиратом, а это было выше ее понимания. Рано или поздно им непременно придется расстаться.

– Блайт? Вул-вич? – Рейдера поразило выражение лица девушки, ее горькие слезы. Он попытался обнять Блайт, утешить, но она оттолкнула его, словно страшась этих прикосновений. Рейдер сел и в полном недоумении уставился на вздрагивающую от рыданий фигурку. Какого черта она заливается слезами? Он заставил ее услышать музыку, а Блайт рыдает так, будто ее избили. Она так не плакала после того, как он лишил ее дев…

«О Господи! – вдруг осенило Рейдера. – На этот раз я лишил Блайт большего, чем девственности и репутации, – я забрал у нее будущее». От этой мысли у Рейдера защемило сердце, но и на этот раз в нем перевесил пират.

«В конце концов, Блайт желала этого не меньше», – пытался оправдаться он. Они доставили друг другу столько радости и наслаждения, сколько любой из них вряд ли смог бы получить с кем-то другим. Во всяком случае, этот надутый морж, Невилл Карсон, не только не дал бы Блайт того, но и окончательно испортил ей жизнь. Рейдер твердо знал это, и никто не сумел бы убедить его в обратном.