– Здесь ты будешь в безопасности… пока, – проговорил пират, не отрываясь от ее необычных глаз.

Блайт что-то сдавленно промычала в ответ.

– В чем дело, мисс Вулрич?

Блайт опять замычала, и пират наконец догадался выдернуть кляп у нее изо рта.

– Во-ды… – прохрипела она, испытывая мучительную сухость в горле.

Приподняв голову девушки, Бастиан поднес к ее губам огромную кружку с холодной водой. Блайт с наслаждением выпила все до последней капли, но, едва почувствовав облегчение, заорала во все горло.

От неожиданности Бастиан отшатнулся, заткнув уши, затем пришел в себя и вогнал в ее рот кляп.

– Проклятая женщина! – взревел он. – Ты меня оглушила! Будешь сидеть с этой затычкой, пока мы не выйдем в открытое море!

Бастиан вышел, хлопнув дверью, а Блайт попыталась перевернуться на другой бок и приподнять голову, чтобы как следует осмотреться. Вне всяких сомнений, это была каюта, а вот обставлена она оказалась чрезвычайно странно. У одной стены находилось громадное чучело какого-то ужасного рогатого зверя, на другой над обыкновенным письменным столом висела большая полосатая шкура с кошачьей головой и убийственными клыками. Посреди каюты возвышался столик из черного дерева на четырех резных ножках в виде обнаженных женских фигур. На столе Блайт заметила медный поднос и высокий, экзотической формы кувшин с ручками, сделанными в форме человеческих рук. Вдоль всех трех стен каюты тянулись встроенные полки, на которых красовались статуэтки из слоновой кости, причудливые вазы, гигантские морские раковины, чучела ящериц. В углу стоял сундук и опахало из страусиных перьев. Возле стола Блайт увидела также плетеный стол, который почему-то напомнил ей человеческие зубы… Боже, наверное, она сходит с ума! Блайт закрыла глаза и тихо застонала.

Что же все-таки произошло? Почему она оказалась здесь? Может, это только сон? Блайт снова открыла глаза. Нет, это, увы, не сон. Все вокруг было так же реально, как и веревки у нее на руках и ногах. Господи! Ее похитили! Мозг Блайт лихорадочно заработал, перебирая в памяти весь вчерашний день. Когда это могло случиться? Вечером, когда она вышла из магазина?

Нет, все началось значительно раньше. В памяти неожиданно всплыло лицо Бастиана. Да, те двое, те проходимцы, оскорбившие ее в собственном магазине, они ведь угрожали ей. О Господи, они угрожали точно так же, как и… Невилл Карсон!

По спине Блайт пробежал холодок. Невилл Карсон… Конечно, кто же еще?! Наверняка это он подослал тех проходимцев в магазин с какой-то сомнительной сделкой, а когда она раскусила их, приказал похитить ее! Теперь Блайт уже не сомневалась: это именно его рук дело. Она машинально принюхалась в полной уверенности, что сейчас почувствует запах лука, и очень удивилась, когда вместо этого на нее пахнуло чем-то совершенно другим, необыкновенно приятным. Казалось, этот удивительный аромат исходил от простыней и одеяла, поверх которого она лежала. Блайт зарылась лицом в подушку и наконец узнала слабый, едва уловимый запах кокоса.

Кокос?! Боже милосердный! Она находилась на грани голодной смерти, а эти отвратительные мерзавцы положили ее на постель, пахнущую кокосом!

Тем временем Бастиан Кейн приказал поднять паруса и подготовить корабль к быстрому отплытию. Пираты прекрасно понимали, чем вызвана такая спешка. Все видели, как на борт подняли молодую красивую женщину, наверняка предназначенную для выкупа. Пираты рьяно принялись за работу, зная, что чуть позже им непременно расскажут о том, что произошло на берегу, а сейчас достаточно просто лицезреть старину Бастиана Кейна живым и невредимым, а красавца-капитана Рейдера Прескотта мирно похрапывающим на мокром мотке якорного каната.