Сойер по-прежнему гадал, раскусила ли она мотивы его предложения. Совершенно безумная схема в мгновение ока озарила его в разгар субботней ночи, он привел Джулиане неотразимые доводы, хотя до сих пор сомневался, к чему все это приведет. Просто доверился чутью, пытаясь купить себе какое-то время.

Догадалась ли Джулиана, что он сделал ей весьма необычное предложение только для того, чтобы с ней не расставаться? А если да, то рассвирепела или тайно радуется?

А если согласится на сделку, то по какой причине? Потому что в отчаянии и хочет помочь Кирквудам? Потому что осознала, насколько осложнилось будущее «Очарования» из-за дурацкого кредита, выданного Кирквуду? «Или потому что ей просто наплевать на меня, но она готова рискнуть и попасть в ловушку финансовой связи со мной, пока мы не разберемся в остальной части запутанных отношений».

С другой стороны, она способна запросто швырнуть чашку эспрессо ему в лицо и велеть убираться вон.

«Кто же меня встретит – женщина или тигрица?» – гадал Трэвис, толкая дверь. Жизнь с подобной особой никогда не будет скучной.

– Он здесь, Джулиана.

Сэнди Оукс, весело тряхнув многочисленными сережками, повернулась к двери и увидела Трэвиса. На этот раз ее волосы были прилизаны в молодежную прическу в стиле 1950-х годов, глаза горели неприкрытым интересом.

– Принимай, босс.

Мэтт Линтон поднял глаза от складываемых в стопку чашек.

– Да. Это он и есть. Бедняга. Посмотрите на него – стоит весь из себя наивный и ничего не подозревающий.

– Словно никому и не разбивал сердца, правда? – съязвила Сэнди. – Имею в виду, горемыка и не подозревает, как сильно влип.

– Я бы от такого точно сбежал, – хмыкнул Мэтт.

Трэвис мысленно застонал, желая, чтобы Джулиана хотя бы изредка проявляла чуть больше благоразумия.

– А вам известно, что в планах расширения «Очарования эспрессо» необязательно найдется место вам двоим? – пробормотал он.

– Ой, – ахнула Сэнди. – Кажется, нам угрожают.

– Джулиана! – громко воззвал Мэтт. – На помощь! Нам здесь угрожают!

Трэвис страдальчески закатил глаза и стиснул зубы. Мгновением спустя Джулиана вышла из подсобки, вытирая руки полотенцем. Сегодня она надела черный костюм с бахромой и черные кожаные сапоги на высоких каблуках. Волосы забраны назад двумя серебряными гребнями.

– Что здесь происходит? – нахмурилась она. – А, это ты, Трэвис. Давно пора.

Сойер демонстративно засунул руки в карманы.

– С чего это ты так жадно ждала моего прихода?

– Прямо-таки сгораю от нетерпения, – язвительно сообщила она. – Мне до вечера предстоит переделать миллион дел, а времени мало. Придется тебе мне помочь.

Она нырнула в крошечный заставленный кабинет и вновь появилась с листком бумаги.

– Вот. Это ты должен купить в продуктовом магазине. На обратной стороне то, что следует купить в сырной лавке тремя дверями ниже. Можешь выбрать еще что-нибудь. И не забудь шампанское, ладно?

Трэвис тупо глазел на бумажку в руках, все больше понимая, что в очередной раз перестал быть хозяином положения.

– Зачем это все, Джулиана?

– Для сегодняшней вечеринки конечно. А теперь беги. Я занята. У меня полно забот. Сегодня же утро понедельника, понимаешь. Meлвин запаздывает с отправкой колумбийских зерен, к тому же мне только что сообщили, что сломалась одна из кофемолок. Море проблем.

Но Трэвис не двинулся с места.