– Через несколько месяцев после того, как Юстэйс ополчился в своей книжке на всю эту чушь, его машина вдруг слетает с дороги, а сам он погибает, – заметил Майло.

– Еще один штрих к портрету Леманна, – добавил я. – Степень доктора наук он получил в университете Нью-Доминион. Но ведь это одна из пекарен Лумиса, не так ли?

– Так, – подтвердил Даниэл.

– А практику проходил при клинике фонда «Пэсфайндер» – то же название, что и у издания, где Санджер опубликовал свою статью. Леманн говорил мне, что до того, как уйти в психологию, он занимался бизнесом. Большинство книг в его кабинете посвящены проблемам управления, а вовсе не вопросам психиатрии. Он даже привел девиз настоящего бизнесмена: "Одного успеха мне мало. Ты должен проиграть". Леманн – креатура Лумисов на должности консультанта полиции.

Майло прекратил описывать круги по комнате.

– Управлению просто повезло, – буркнул он. – Кстати, Даниэл, из-за чего Кармели на нас обижен?

– То есть?

Майло навис над ним горой.

– Сейчас не время играть в прятки, мой друг. Твой босс неоднозначно дал понять, что никогда не испытывал к Управлению особой любви. С кем он там поцапался? По поводу парада? Или было что-то еще?

Даниэл потер глаза и сбросил ветровку. Из-под мышки торчала черная рукоять пистолета.

– Парад. Зев проводил в консульстве инструктаж для наших людей и офицеров Управления. Уточнял периметр патрулирования, расположение постов наблюдения. Обе стороны договорились о взаимном обмене информацией и поддержании всестороннего сотрудничества. Зев засиживался на работе допоздна, почти не видя семью, поэтому накануне инструктажа решил на время переселить жену и детей в здание консульства. В тот день они дожидались его в коридоре, чтобы пойти вместе пообедать. На диванчик к Лиоре и Айрит – Одид играл на полу с машинкой – подсел один из офицеров полиции. Вел себя поначалу очень вежливо, дружелюбно, все пытался заговорить с Айрит, но когда понял, что девочка глухая, переключился на мать. Расспрашивал Лиору об Израиле, Тель-Авиве, хвастался, что объездил полмира.

– Бейкер, должно быть, – заметил Майло.

– Я в этом уверен, – мрачно подтвердил Даниэл. – Лиора потом жаловалась Зеву, что в обществе этого офицера она чувствовала себя в высшей степени неуютно. Уж слишком вежливым он показался. К тому же ему следовало быть на инструктаже, а не в коридоре. Однако самому полисмену она не сказала ничего. И буквально через несколько минут тот позволил себе оскорбить ее. Как женщину.

– Грязным предложением?

– Намеком, Майло. По словам Лиоры, совершенно прозрачным. Этого она не вытерпела, поднялась и ушла. Потом, как я уже сказал, пожаловалась мужу, и Зев как с цепи сорвался. Сообщил обо всем мэру. Тот пообещал снять офицера с парада и наказать в дисциплинарном порядке.

– И его перевели. Но не разжаловали, – сказал я. – Вот почему, несмотря на могучий интеллект, Бейкер до сих пор всего лишь сержант.

– Бейкер. – Майло ударил кулаком в ладонь. – Значит, этот сукин сын знал Айрит в лицо. Знал, что она глухая.

Шарави забеспокоился.

– Убить из-за этого? Ребенка?

– После убийства Ортиса Бейкер и другие подонки из этой «Новой утопии» решили найти новую жертву, кто ею станет – неважно, лишь бы подыскать личность, не достойную, по их параметрам, права жить. Алекс говорил, что за всей болтовней о евгенике кроется стремление убивать ради развлечения, ради собственного удовольствия. А для Бейкера наивысшее удовольствие в том, чтобы отомстить.