До ноздрей донесся запах устричного соуса, хотя дверь в темную кухню была закрыта.

Значит, никакого вступления. Как, черт побери, выбраться из этого...

– Привет, – негромко проговорил я.

Она не ответила, не шевельнулась.

Я приблизился и склонил голову. Наши лица разделяло всего несколько сантиметров, когда глаза заметили идущую вокруг ее шеи полоску. Тонкая медная проволока так глубоко впилась в горло, что различить ее было почти невозможно.

Огромные в своей неподвижности голубые зрачки. Не страсть, не томная нега, а удивление. Последнее удивление.

Повернувшись, чтобы бежать, я почувствовал чьи-то крепко сжавшие мой локоть пальцы.

Боль от удара коленом в поясницу электрическим током обожгла позвоночник. Ноги подкосились.

На шею – на мою шею – легли руки, и я ощутил всплеск новой, абсолютно иной, нечеловеческой боли. В затылке что-то взорвалось. Я...

Синий «форд» без номера, той же модели, что и у Майло, только поновее и намного чище, стоял у входа в полицейский участок. Держась вплотную к Майло, Бодри спустился с крыльца и открыл дверцу.

– Ты очень любезен, приятель.

Ответа Майло не услышал. Гигант хлопнул дверцей и уселся за руль.

С машиной Бодри управлялся мастерски. Вождение было его коньком. Мальчишкой он мечтал стать профессиональным гонщиком, пока не услышал от кого-то, что среди них нет и никогда не было ни одного чернокожего.

Из включенной рации слышался речитатив, сообщавший на полицейском жаргоне последние новости очередной ночной схватки стражей закона с силами зла. Не обращая внимания на бубнящий динамик, Бодри выехал со стоянки на автостраду 405.

– В центр? – спросил его Майло.

– Угу.

– Что там за сборище?

Молчание. Бодри и сам ничего не знал, да и знал бы, у него хватило смекалки держать информацию при себе. Ведущая в сторону аэропорта магистраль была забита едва ползущими в обе стороны потоками транспорта.

Майло повторил вопрос.

– Понятия не имею, сэр. – Они продвинулись вперед метров на десять.

– Работаешь у Уикса?

– Да.

– В бригаде водителей?

– Да.

– За все годы работы ко мне ни разу не присылали машину с шофером. Похоже, сегодня повезло, а?

– Похоже. – Левую руку Бодри опустил на подлокотник дверцы, касаясь руля лишь указательным пальцем правой.

Застывшие вокруг них автомобили медленно тронулись с места.

– О'кей, я немножко расслаблюсь. – Майло откинулся на спинку.

– Конечно.

Он вытянул ноги и прикрыл глаза. По-черепашьи медленно, но уверенно «форд» двигался вперед. Бодри бездумно смотрел сквозь ветровое стекло.

– О Господи... – послышался внезапный стон. – Де-е-ерьмо...

Бросив взгляд вправо, Бодри увидел, что его пассажир, уже выпрямившись, раскачивается из стороны в сторону.

– Не могу... Боже, я не могу... – слова переходили в хрип. Стерджис сложился пополам, одна рука его царапала грудь, другая судорожно пыталась ослабить узел галстука.

– Что такое?

– Живот... В груди тесно... Изнутри распирает – наверное, съел какую-нибудь дрянь за обедом. О-о... Господи... Да ведь не роды же у меня...

Майло рывком выпрямился, как будто пронзенный со спины ударом шпаги. Раскрытый рот хватает воздух, пальцы мертвой хваткой вцепились в борт пиджака. С треском отлетела пуговица, ударившись о приборную доску.

– С вами...

– Да, да, только гони быстрее к Паркер-центру, может, у них есть.