|
Глубокий порез правого предплечья. Я наложил закрутку, лежит в устойчивом боковом. Должен быть в сознании. Его можно эвакуировать.
– Леший, слышал?
– Да, ща займусь, – камуфлированный паренек отправился к Рустаму. Оттуда донеслось: – Ба! Какие лица! Как же ты так?
Послышался оправдывающийся голос Рустама. Что-то какой-то слабый. Неужели успел столько крови потерять? Да не, не должно: судя по луже, пол-литра, может чуть больше. Ты с повязкой не накосячил? Или закрутка ослабла и рана подтекает? Чуть не бросился проверять.
– Сталкер, слышишь? Рустам в сознании, мы ща потихонечку своим ходом дотопаем…
– Стой! – Артёма обожгла догадка. – Какой на фиг «пешком». Слышишь, как разговаривает? Это его от адреналина отпускает. Сейчас пойдете, и на улице он у тебя отключится.
– Не боись, допру, если че! Я в армии не таких таскал!
– Да на тебя мне пофиг, а вот если он в кому впадет? Как там тебя, Сталкер?
Первый парень, довольно споро орудовавший с косынками, поднял глаза:
– Того, – опять ткнул подбородком в направлении Рустама, – надо тоже на носилках. Есть где взять?
– С носилками согласен. Вот только где их… До больнички кого послать?
– Ну-ка, пропусти… Такие подойдут? – объявился Серый с целым пуком гардинных карнизов. Обмотаны они были длинным шнуром, с бахромой и кисточками.
– Блин, хлипковаты, – Артём попробовал один из деревянных прутков на прочность, – жаль, длина в самый раз.
– Подожди, – парень, названный Сталкером, тоже взял один из карнизов, – их здесь много, можно по два, даже по три связать, у меня скотча есть немного. А шнур хочешь как полотно навязать? Тогда нужны короткие распорки. Можно, в принципе, одну палку на них пустить, вот только чем отрезать?
– У меня есть чем, – буркнул Артём.
А ты не слишком вкладываешься в эту ситуацию? Сейчас предъявишь им свою замечательную раскладную ножовку, а потом отправишься дальше с пустыми руками? Но спорить с самим собой не стал, а то шизофрения какая-то получается!
* * *
Наконец-то обоих пострадавших под руководством Карима утащили в направлении местной больницы. Сталкер заверил, что врачи там дежурят и в безостановочном порядке оказывают помощь всем, кто обратится. Сам Сталкер и его напарник остались, хотя Артём надеялся на совершенно другой исход.
– Ну что ж, теперь можно и поговорить спокойно. Отойдем?
Расположились у огромного витражного окна. Неподалеку, тревожно поглядывая и переминаясь с ноги на ногу у колонны, Светка изображала стойкого оловянного солдатика, приставленного к двум рюкзакам. Артём ободряюще улыбнулся жене.
– Как нас зовут, ты уже понял. К тебе как обращаться?
– Артём, – пожал плечами.
– Документов при себе, у тебя, конечно, нет?
– Документы при себе, у меня, конечно, есть. Вот только почему я тебе их предъявлять должен?
– Хм… Вопрос резонный. – Сталкер сделал вид, что задумался. – Может потому, что нас больше?
От входа в их сторону направлялись еще двое. Камуфляж, разгрузки, неспешные уверенные движения. На рукавах – такие же повязки «Дружинник». «Доигрался в благородство!» Но вслух сказал другое:
– Ага, играете в правильных парней, но руководствуетесь при этом правом сильного? Вы, я так полагаю, – местные органы самоуправления?
– Даже не знаю, на что отвечать. – Сталкер развел руками, одновременно качая головой. |