Даня, понимая, что Волку уходить никак нельзя, весьма быстро выловил в прицеле его плечо и быстро дернул спуск. От такого резкого действия выстрел «сорвался», но пуля всё же настигла цель, пускай и выше намеченного, перебивая сустав и превращая плечо в месиво. Боец упал, так же закричав от боли, даже не понимая, что зажимать, сразу теряясь в пространстве.

— Пошли! — Рявкнул Сапёр в гарнитуру, оставив винтовку, лишь закинув вещмешок на плечо и перехватывая автомат, тут же досылая патрон в патронник, вскинув оружие.

Расстояние до машины, которая всё же влетела в дерево, они преодолели секунд за тридцать, сразу подбегая к раненым.

— Не жилец. — Констатировал Пилюлькин, проводя контроль своему, у которого нога оказалась перебита полностью: вскрыта артерия и раздроблена коленная чашечка.

Сапёр, удерживая Волка на мушке, приблизился к тому, но сталкер даже не дернулся к оружию, оставив автомат лежать на земле, а пистолет покоиться в кобуре.

— Пиля, жгут, обезбол.— Парень отпустил автомат, позволяя тому повиснуть на ремне и чуть оттянул под бок, сразу коленом надавливая на плечо раненого, выше раны.

Врач спорить не стал, а потому сразу вытащил из подсумка жгут Эсмарха, вместе и гемостатиком. Пока Сапёр удерживал руки пострадавшего и попутно оказывал пережатие, Пилюлькин затягивал жгут, чтобы остановить кровотечение, после чего засыпал рану гемофлексом и вколол нечто странное из шприц-тюбика с иностранными маркировками.

— Плохая рана, сквозная. — Недовольно поморщился хирург.

— Да похер, он недолго прожить должен. — Даня стянул кисти Волка его же брючным ремнем, после чего потащил в лес, утягивая за эвакуационную плиту на бронежилете, попутно отдав указания Пилюлькину. — Автоматы собери и что полезное у сталкерья.

Старик лишь кивнул и принялся собрать пожитки. Волк слабо реагировал на перемещения, смотря на мир глазами, которые явно застелил кумар. Парень не стал сильно заморачиваться и усадил сталкера под дерево, тут же начав обшаривать по карманам. Каково же было его удивление, когда помимо магазинов к оружию и пистолета, он нашёл небольшой кнопочный телефон, который включился.

Как и в случае с Кузнецовым, сразу началась загрузка с символикой. Оставив мобильник на потом, Даня решил сначала допросить раненого.

— Шакал. — Похлопал он сталкера по щекам, привлекая внимание.

— Чего тебе, уебок. — Отозвался Волк, откинув голову назад и прибывая в неком блаженстве. — Решил мне отомстить, за то, что твою бабу трахнул? Молодец, отомстил, один хрен она по рукам сталкеров пошла, так что за ночь её как минимум шестеро отымело.

— На Лену похер, отвечай, что ты знаешь о Большой Игре. — Спросил Сапёр, скидывая вещмешок на землю и присаживаясь на него.

— О, а не пойти ли тебе нахуй? — Блаженно улыбнулся сталкер, прикрывая глаза. — Так ты из-за мобилы меня решил убрать...

— Я задал вопрос. Очень скоро действие обезбола кончится, и жгут я снимать не стану. Тебе решать, хочешь умирать безболезненно или корчится несколько часов от перебитой ключицы. — Даня спокойно хмыкнул, упираясь локтями в колени.

— Можешь спросить у того, кто тебе про мобилу нашептал. — Глупо усмехнулся мужчина. — Но если ты такой тупой... Большая Игра это Большая Игра и этим всё сказано.

Сталкер залился тихим смехом, который по итогу сошёл в кашель.