К его приезду команда «USS Quincy» натянула в носовой части корабля большой шатёр из парусины. В шатре стояли два кресла для короля и для американского президента, вокруг лежали многочисленные ковры и подушки для свиты. Корабельная кухня по мусульманскому ритуалу забила барана, чтобы угостить всех изысканными блюдами.

И вот два старых больных человека сидят друг против друга. Рузвельт уже много лет был прикован к инвалидному креслу из-за перенесенного в детстве полиомиелита; никто тогда не мог предположить, что он после Ялты не проживёт и двух месяцев. Ибн Сауд ещё с военных времён страдал от старого ранения в ногу, которое с годами давало о себе знать всё сильнее; на борт «USS Quincy» его пришлось заносить. Возможно, это и было причиной того, что все участвовавшие во встрече переводчики были впоследствии единодушны в своём впечатлении: эти старые мужчины, во всём прочем столь не похожие друг на друга, прямо-таки сдружились в ходе многочасового разговора.

При том что встреча началась с недоразумения. Рузвельт открыл переговоры горячей речью о том, как технический прогресс приведёт к расцвету пустыни Саудовской Аравии. Король улыбнулся и перебил Рузвельта, объяснив, что вопросами водоснабжения не интересуется, что любит пустыни, что он бедуин; и хотя в мысли сделать плодородными необжитые районы есть что-то рациональное, в мире всё же должно оставаться достаточно места и для пустынь.

Ибн Сауд приехал на эту встречу в надежде обрести в лице США союзника, который помог бы ему удержать в руках империю. Традиционными политическими партнёрами Саудовской Аравии были британцы, которые поставляли и большую часть продовольствия, импортируемого страной. Однако Великобритания имела за плечами прочную репутацию колониальной державы, склонной вмешиваться в региональные интересы; и существовал риск, что в случае конвенции с британцами его королевство вскоре станет управляться из Лондона. И наоборот, было известно, что американцы в прошлом часто уходили восвояси из зоны конфликта: то ли полагались на союзников, то ли теряли интерес к далёкой стране.

Рузвельт, напротив, был осведомлён, что под почвой Аравийской пустыни покоятся неслыханные запасы нефти и что в скором времени это будет иметь большое стратегическое значение. Соответственно после войны США ни в коем случае не должны терять интерес к этому. А предложить президент мог хозяйственное сотрудничество и военную помощь. Кроме того, он смог убедительно – и, как показало время, искренне – заверить саудовского короля, что США тут не преследуют территориальные интересы. Это и решило исход встречи. Здесь нефть, там военный потенциал – так наметился взаимовыгодный союз.

Таким образом, во-первых, США получили доступ к саудовским портам и могли теперь размещать на саудовской территории свои военные базы. Поначалу лицензия на это была ограничена сроком в пять лет, но базы существуют там и по сей день. Во-вторых, «ARAMCO», «Арабо-Американская нефтяная компания», находившаяся главным образом в руках «Standard Oil of California», получила разрешение протянуть трансаравийский трубопровод до Средиземного моря и, таким образом, открыть доступ к нефтяным резервам страны, в которой тогда еще не предполагали крупнейших в мире месторождений.

К торжественному завершению их встречи на «USS Quincy» оба руководителя обменялись подарками. Ибн Сауд вручил Рузвельту одеяние шейха и клинок из массивного золота, а американский президент подарил саудовскому королю двухмоторный самолёт, а также точный дубликат своего инвалидного кресла. Этим креслом Ибн Сауд был очарован с первого мгновения. Он тотчас уселся в него и заявил, что больше никогда не захочет вставать с него.

Так оно и получилось. Восемь лет, до конца своей жизни, он покидал это кресло лишь для того, чтобы лечь спать.