Через день после разговора с Рузвельтом Ибн Сауд встретился в Каире с британским премьер-министром. Рассказывают, что Уинстон Черчилль толком не знал, с кем вообще имеет дело; он принял Ибн Сауда за члена иранского королевского дома. Саудовский король уехал, получив мало удовольствия от встречи. Тем самым жребий был брошен.

В первые годы после войны в торговле с Ближним Востоком продолжали доминировать «British Petroleum Corporation» и британско-нидерландское совместное предприятие «Shell» – обе корпорации уже инвестировали в Иран огромные суммы. Однако по мере того, как увеличивались объёмы саудовской нефти, а параллельно рос «нефтяной голод» мирового хозяйства, соотношение сил изменялось необратимо. Имея в качестве партнёра и союзника США, Саудовская Аравия чувствовала себя хорошо защищенной от своих традиционных врагов и конкурентов – Египта, Иордании и Ирана. Королевству не приходилось также бояться и мести шиитов, которые считали ваххабитов неверными и беспощадно преследовали их в прошлом. Саудовская Аравия поставляла США дешёвую нефть, которая привела американское послевоенное хозяйство к беспримерному буму. Прежняя европейская гегемония на Ближнем Востоке была сокрушена.

Глава 9

Наступил сентябрь. Стало заметно, что жаркое время года прошло; листва на деревьях начала желтеть. По утрам машина Маркуса блестела от росы. Работы по созданию немецкой версии практически завершились; профессор Шильдкнехт из Цюриха, который консультировал его по швейцарскому налоговому и банковскому праву, был доволен, а профессор Мюллер из Кёльнского университета даже похвалил его работу.

Между тем всё это для Маркуса почти безвозвратно отошло в прошлое. В ближайшее время, в соответствии с договорённостью, он перейдёт в технический сервис, а поскольку ему, если не считать последних исправлений в обучающих инструкциях, почти нечего было делать, он постепенно начал вникать в инсталляцию системы и уже освоился со многими проблемами, которые могли возникнуть в зависимости от типа процессора.

Однажды в конце сентября в здании возникло странное волнение. Ещё утром, когда Маркус только приехал на работу – солнце ещё не выбралось из-за деревьев и лишь окрасило верхушки в цвета зари, – здание уже покидала большая колонна уборщиков. Мужчины и женщины казались такими усталыми, будто трудились всю ночь напролёт, да так оно, наверное, и было, судя по тому, как всё изменилось. Немного позже подкатил фургон из сервиса готового питания, и женщины в нарядных униформах стали вносить в здание аппетитного вида подносы и напитки. Затем были отодвинуты в сторону большие цветочные вазоны, выставленные у входа, чтобы там никто не парковался. Что происходит? Никто не знал, и вскоре половина сотрудников выстроилась у окон, следя за дальнейшим ходом событий.

В десять часов на площадку перед зданием вышли трое руководителей. Казалось, они просто коротают время. Нолан и Мюррей беседовали друг с другом, а Говард Менс, руководитель технического сервиса «Северо-Восток», полноватый мужчина лет шестидесяти, отошёл от них на несколько шагов и просто стоял, сцепив мясистые ладони за спиной и глядя в пустоту.

– Похоже на то, что явится высокое начальство, – сказал Маркус стоящему рядом сотруднику.

Тот отрицательно помотал головой.

– Ни в коем случае. Роу терпеть не может, когда из-за него затевается такой сыр-бор. Поэтому если он является, то без предупреждения.

Около половины одиннадцатого на территорию фирмы свернули три чёрных БМВ с тонированными стёклами. Автомобили остановились в ряд на свежеубранной площадке, проделав синхронные, точно отмеренные манёвры, будто специально отработанные.