Через минуту яркий свет заполнил комнату. Ливви зажмурилась:

— Сейчас-сейчас, только глаза привыкнут к свету! Докладывай, как дела.

Повинуясь приказанию, я поведала старшей сестре о Томе, Саймоне, Каре с Дэном, не упомянув лишь о поцелуях с бывшим приятелем заклятой подруги. Проявленные актерские способности и те нелепые ситуации, в которые я постоянно попадала, рассмешили загрустившую Ливви. В конце концов она даже забыла о своей болезни.

— Ну, солнышко, ты меня повеселила. Говорила же, что нужно продолжать ходить на свидания с незнакомцами из Интернета! А как работа?

— Терпимо. Мы по-прежнему снимаем сюжеты о кулинарии и садоводстве, хотя недавно я сделала потрясающий репортаж.

— Бедные малыши, — произнесла со слезами Ливви, выслушав доклад о моем визите в хоспис.

— Сотрудники центра говорят, что ребятишки легче, чем их родители, переносят печальные известия. Дети просто не знают, какой жестокой бывает смерть.

— Как мать могу сказать, что неизлечимая болезнь ребенка свела бы меня с ума.

— Бен говорит, родные чувствуют вину, поскольку не смогли уберечь чадо от недуга.

— Кстати, расскажи немножко о нем.

— Замечательный парень! Добрый, отзывчивый, хотя и большой консерватор.

— Он тебе нравится? — подмигнула сестра. Я покачала головой:

— Только как друг. Кроме того, Уилл играет вместе с Беном в регби по выходным. Так вот, он подозревает, что мистер Томас — гей.

— Подошли к нему Ричарда. Этот проныра выяснит наверняка.

— Ни за что на свете! — расхохоталась я. — Во-первых, Дик — просто чума. Во-вторых, нехорошо совать нос в чужие дела. В-третьих, Бен вызывает искреннее уважение за то, что самоотверженно, за чисто символическую плату помогает смертельно больным детям не падать духом.

Лицо старшей Монро снова помрачнело.

— Ты беседовала с Мэтью и Эмили о раке? — нарушила молчание я.

Да, немного. Выхода не было, ведь мне придется провести в постели довольно много времени. На самом деле папуля просто шепнул малышам, что у мамочки не в порядке кровь, и поэтому она быстро устает и часто спит. Зайчата задали несколько вопросов и успокоились, а я до сих пор трясусь: на следующую неделю врачи назначили первую процедуру химиотерапии.

Я сжала руку бедняжки:

— Ты у нас сильная. Справишься, вот увидишь.

— Я очень боюсь, сестренка! Как организм отреагирует на лечение — неизвестно. Последствия могут быть самыми тяжелыми…

— Например?

— Медсестра сказала, что процесс занимает от одного до пяти часов. На различных стадиях болезни раковые клетки неодинаково реагируют на инъекции. Будет часто тошнить, пропадет аппетит и •выпадут волосы. Препараты, борющиеся с раком, доктора назначают одновременно с какими-то анальгетиками, которые тоже имеют побочные эффекты. — Сестра открыла тумбочку рядом с кроватью и решительно произнесла: — Достань то, что там лежит.

Я вытащила зеленую папку.

Ливви беспокойно оглянулась на дверь.

— Это будет наш секрет, Майкл не должен видеть, иначе разозлится не на шутку, — прошептала она.

Внутри лежало несколько листов бумаги, исписанных красивым почерком моей старшей сестры, а также штук двадцать фотографий Мэтью и Эмили.

— Хотелось бы оставить детям на память что-нибудь о себе, в случае если…

— Милая, ты не умрешь. Но идея просто замечательная!

— Давай вместе соберем для них две шкатулки, в которых хранились бы памятные вещи.

Я взяла фотографии.