Вырос я до зрелости, внук купальской ночи,

         Сутемень колдовная счастье мне пророчит.

         Только не по совести счастье наготове,

         Выбираю удалью и глаза и брови.

         Как снежинка белая, в просини я таю

         Да к судьбе-разлучнице след свой заметаю.

    1912

Береза

         Белая береза

         Под моим окном

         Принакрылась снегом,

         Точно серебром.

         На пушистых ветках

         Снежною каймой

         Распустились кисти

         Белой бахромой.

         И стоит береза

         В сонной тишине,

         И горят снежинки

         В золотом огне.

         А заря, лениво

         Обходя кругом,

         Обсыпает ветки

         Новым серебром.

    <<1913>>

* * *

         На небесном синем блюде

         Желтых туч медовый дым.

         Грезит ночь. Уснули люди,

         Только я тоской томим.

         Облаками перекрещен,

         Сладкий дым вдыхает бор.

         За кольцо небесных трещин

         Тянет пальцы косогор.

         На болоте крячет цапля;

         Четко хлюпает вода,

         И из туч глядит, как капля,

         Одинокая звезда.

         Я хотел бы в мутном дыме

         Той звезды поджечь леса

         И погинуть вместе с ними,

         Как зарница в небеса.

    1913 или 1914

Пороша

         Еду. Тихо. Слышны звоны

         Под копытом на снегу,

         Только серые вороны

         Расшумелись на лугу.

         Заколдован невидимкой,

         Дремлет лес под сказку сна,

         Словно белою косынкой

         Подвязалася сосна.