Юноша вздохнул. Вытащил из укромного кармашка, вшитого в пояс, неприметный мешочек. Взвесил. И, положив поводья верблюда в руки спящему мальчишке, пошёл на другой конец каравана.

***

Город Нури поражал прежде всего своими пирамидами. Громадные, кажется, пронзающие небеса, многоступенчатые, позолоченные, они разрывали однотипную канву домиков из белой обожжённой глины, изумляя великолепием и мощью.

- Похожи на громадные нарывы, - буркнул Валид, проследив за взглядом Амина. - Ужас до чего безвкусно, - и добавил, отворотив нос. - Это у них такие храмы.

Амин вскинул брови, не в силах оторвать взгляд от монументальных громадин. Одна из пирамид как раз вспыхнула в лучах заходящего солнца - точно огромный костёр. Юноша поскорее заслонил лицо.

- Они там все ненормальные, - буркнул мальчишка. - И чем дальше на юг, тем ненормальнее. Вот посмотришь, что в Гарибе будет твориться.

Амин покачал головой, но отвечать не стал.

Про юг ходило множество страшных сказок, одна другой интереснее. Кто-то говорил, что там по улицам ходят гули, и люди держат их как домашних любимцев вроде собачек. Кто-то уверял, что там просто живут одни гули, а людей давно уже сожрали. Кто-то…

Валид громко, по-птичьи заскрипел, и Амин вздрогнул, выныривая из своих мыслей. Мимо, громыхая, проехали повозки, набитые людьми, как тюки, которые Амин таскал, - сладостями.

- Как ты можешь спокойно на это смотреть? - прошипел мальчишка, быстро наклоняясь и подбирая камень. - Что, мало скорпионов было, а? Жаль, неядовитые, я бы посмотрел, как ты…

Амин ударил его по руке, и мальчишка, уронив камень, с обидой глянул на юношу.

- Что?

- Прекрати, - устало попросил Амин. - Просто иди рядом, ладно?

Валид пошёл, бурча:

- Все вы чёрствые, испорченные создания, над которыми не стоило и трудиться, которые…

Караван проплыл мимо ворот и влился в укутанную ало-золотыми лучами улицу - к порту.

Валид, насупившись, вытянул губы трубочкой и со словами: “Пойду-ка я прогуляюсь”, шмыгнул в ближайший тёмный переулок.

Амин только глянул ему вслед, и, когда на соседнюю улицу свернули и повозки с рабами, только порадовался, что успел решить проблему раньше, чем этот негодник наживёт себе неприятностей.

Потянуло свежим, горьковатым воздухом. Юноша, вдохнув полной грудью, широко улыбнулся.

Словно возвращаешься домой.

***

А вот сидя в дальнем, тёмном уголке портовой чайханы Амин уже не улыбался. Только задумчиво вертел в руках чашку и смотрел на стену. По лицу пробегали тени от висящего в другом углу комнаты светильника. Бегали, застывали, меняя выражение от отчаянно-тоскливого до задумчиво-высокомерного.

- Почему ты не сказал, что выкупил их? - произнёс рядом тихий голос. - Зачем ты вообще это сделал? Ты же говорил, у нас нет денег.

Амин прикрыл глаза. А открыл уже улыбаясь.

- Это ведь было твоё желание.

- И что? - опешил Валид, садясь на подушку напротив юноши. - Мои желания…

- Тоже могут быть важны, - подхватил юноша. И, перегнувшись через столик, потрепал тёмные вихры мальчишки. - Тем более, это были твои деньги. Ты их достал, а не я.

Валид, нахмурив лоб, какое-то время смотрел на Амина. Потом опустил голову.

- Я найду ещё жемчужины. Или золото. Неважно. Нам же надо как-то уплыть из этого сбрендившего города.

- А вот это вряд ли, - вздохнул Амин. И, поймав удивлённый взгляд, добавил: - Гавань закрыта, ни один корабль не уйдёт в море, по крайней мере, ещё две недели. Насколько я понял, царь делает это, чтобы соблюсти обет во славу какого-то своего бога. И чтобы задержать всех мудрецов, которые приехали на Золотую ярмарку.

- Зачем они этому старому кретину? - простонал мальчишка, покачиваясь.