|
При том остром дефиците всего, что требовалось колонии, нужным было всё. Абсолютно всё. Ничем нельзя было пренебрегать. Массивные световоды для передачи энергии, изоляционные плиты термозащиты, многочисленные двигатели, приводящие в движение и орудийные башни, и диафрагмы межсекторных переходов, и элеваторы. Практически корабль разбирали на части, чтобы перетащить его для переработки в конверторных печах Убежища. Металл на Марсе был в огромном дефиците. Достаточно только упомянуть, что с Земли тащили даже старые ржавые водопроводные трубы, консервные банки, остовы сожжённых и разбитых автомобилей, не говоря о многочисленных останках множества сражений, идущих сейчас внизу – разбитой и уничтоженной бронетехники. Особым спросом пользовались танки России, Польши, Сербии. Поскольку они были из металла, который было легче переработать. Хуже шли немецкие и итальянские. И самыми плохими считались американские, поскольку в их защите использовался обеднённый уран, а радиация на Марсе и так была повышенной. В использовании же того, что имелось, люди стали необычайно изобретательны и бережливы. Уже не выбрасывалось практически ничего. Всё либо перерабатывалось на новые изделия, либо чинилось десятки раз, или бережно складировалось до наступления момента поступления с Земли чего-либо, что можно было применить для починки вышедшего из строя…
Андрей удовлетворённо кивнул головой – все работы, невзирая на трудности, шли с опережением графика. Включая даже проходку новых пещер и шахт. Пусть руками, пусть из последних сил, но дело продвигалось всё дальше и дальше. Даже более того – когда на красную планету прибудут новые колонисты, то они сразу включатся в трудовой конвейер, и темпы строительства будут только нарастать. Получается что-то вроде вечного двигателя – чем больше людей прибудет на Марс, тем большее количество вскоре сможет прибыть сюда снова. На Кольском полуострове, отбивающемся от многочисленных врагов, также шла лихорадочная деятельность. Пусть земные реакторы и капля в море по сравнению с невообразимой мощью генераторов Айорс и Росса, но и они смогут спасти жизнь пусть даже всего ста тысячам людей, но кто возьмётся утверждать, что среди потомков этой сотни не будет, скажем, великого физика? Или гениального математика? А может, там родится новый Лев Толстой, который опишет весь ИСХОД человеческий? Так что вытаскивать нужно всех, кого смогут. Любой ценой. Пусть сейчас тяжело, но наступит день, когда последний белый человек ступит на оранжевую почву древней планеты, и тогда можно будет отдохнуть. А этот день обязательно наступит. Пока там, внизу озверевшие от безнаказанности, потерявшие свой облик существа будут уничтожать друг друга, марсиане продвинут науку вперёд, используя свои и росские наработки. А затем пробьёт час возмездия, и легионы и легионы яростных бойцов вернут себе отчий дом… …Михаил пропадал на Земле месяцами, не выбираясь из непрерывных сражений, вывозя потерявших всякую надежду людей. Дома ему приходилось бывать всё реже и реже. Альви не жаловалась, но он и так видел, что ей приходится тяжело. Ночуя, иногда он просыпался от того, что она смотрела на него ночью, приподнявшись на локте. Зачем, почему – она никогда не говорила. Впрочем, он от кого-то слышал, что люди, перенесшие клиническую смерть обретают какие-то паранормальные способности, а его жену вытащили с того света в буквальном смысле. Всеми силами он старался компенсировать своё отсутствие, привозил подарки, помогал ей в чём мог, но всё равно: постоянное отсутствие угнетало. И он, стиснув зубы, отправлялся в очередной рейд, чтобы найти и вытащить в безопасное место больных истощённых людей. Зачастую получивших лучевую болезнь или заражённых бактериологическим оружием. От эпидемий спасало то, что строители Убежища установили на входе мощнейшие излучатели, убивавшие ВСЕ микробы и вирусы, но и стерильная атмосфера тоже таила свою опасность. Поскольку падали иммунные способности организма, и человек не мог сопротивляться угрозе болезни. |
