– Говорю тебе, это девушка. – Эмма отвернулась, ударившись бедром о край раковины. – И… это не очень-то вежливо, заглядывать в мой телефон.

Лорел опустила подбородок и многозначительно усмехнулась.

– Можно подумать, ты в моем телефоне не роешься? Так кто этот Алекс? Он из школы «Валенсия»? Или из Аризонского университета? Вы что там, нагишом купались? Хорошо, что Полсоны свалили на Гавайи!

– Я не была в бассейне, – повторила Эмма, но осеклась. Капельки воды с волос падали ей на плечи. От нее пахло хлоркой. – Ладно. Я была в бассейне. Но одна.

Лорел провела пальцами по металлической композиции из слов «ЖИТЬ, СМЕЯТЬСЯ, ЛЮБИТЬ», стоявшей в углу.

– Почему ты не хочешь рассказать мне правду? – обиженно вздохнула она. – Я никому не скажу. Обещаю. Я умею хранить секреты.

Эмма опустила глаза. В Тусоне она могла доверять только Итану.

– В бассейне я была одна, клянусь. Мне было жарко, не спалось. Все, конец истории. И Алекс – это девушка, с которой я познакомилась в теннисном лагере. – Оставалось надеяться, что Саттон ездила в теннисный лагерь… но без Лорел. Затем, сделав вид, что рассердилась, она прошмыгнула мимо Лорел и вышла в коридор.

– Саттон, подожди!

Эмма обернулась. Лорел стояла позади нее, и двусмысленная улыбка блуждала по ее губам.

– Я кое-что знаю о тебе. Ты расскажешь мне о том, что замышляешь. Иначе…

Слова, почти осязаемые, повисли в воздухе.

– Иначе что?

Лорел стояла так близко, что Эмма чувствовала лимонный запах ее шампуня. Она обратила внимание на то, какие квадратные и сильные у Лорел плечи. Какие широкие ладони. И тотчас мысленно перенеслась в ту страшную ночь в доме Шарлотты, когда кто-то схватил ее сзади и чуть не убил. Ростом выше Эммы, Лорел вполне могла быть тем, кто напал на нее. В ней чувствовались недюжинная сила и решительность, и Эмма вполне допускала, что она способна на такое. В конце концов, она своими глазами видела, как яростно Лорел душила Саттон в том видеоролике.

Лорел шагнула еще ближе. Эмма вздрогнула и отвела взгляд.

– Лучше скажи, что ты задумала, или я сделаю то, что тебя здорово напугает. Думаешь, что теперь можно и посмеяться над розыгрышем с поездом? А что, если я расскажу об этом родителям? Расскажу, что произошло на самом деле.

Эмма отшатнулась, потрясенная. Пожалуйста, скажи мне, что произошло на самом деле, тайно молила она. Но Лорел развернулась и зашагала вверх по лестнице, оставив Эмму одну в темноте.

Секрет другого рода

Был вторник, и Эмма сидела за круглым обеденным столом во дворе школы, куда пускали только старшеклассников и самых крутых малолеток. Остальным приходилось томиться в душном кафетерии, где жутко воняло мексиканскими пирожками тако с рыбой. С минуты на минуту должны были подойти Шарлотта, Мадлен и Лорел, и Эмма коротала время за немецким, готовясь к завтрашней контрольной. Хотя Саттон, вероятно, и дня в своей жизни не провела за учебниками, Эмма не могла ударить лицом в грязь даже на самом безобидном диктанте. С первого класса она была отличницей и не собиралась сдавать позиций.

Мне было не по себе от того, что сестра меня осуждала. Может, я просто была занята чем-то еще, и мне было не до учебы? А может, я знала, что все равно умнее всех, и не видела смысла надрываться?

Контрольная по немецкому охватывала этапы человеческого существования: рождение, жизнь, смерть. – Ich war in Arizona geboren, – снова зашевелила губами Эмма.