– Мы просто планируем вечер встречи выпускников, папочка, – сказала Мадлен, спрыгивая с подоконника и плюхаясь в кресло-качалку La-Z-Boy. Она выглядела еще бледнее, чем обычно.

Мистер Вега устремил на нее долгий, проницательный взгляд. Потом повел носом, втягивая воздух.

– Кто-то курил? – Вежливая улыбка на лице мистера Вега сменилась злобным оскалом, и Эмма сразу вспомнила мистера Смити, одного из своих приемных отцов. Он так же, как доктор Джекил, он же мистер Хайд, в мгновение ока превращался из очаровательного добряка в злобного монстра. Эмма могла угадать приближение приступа бешенства, только когда мистер Смити начинал лихорадочно облизывать губы.

Мадлен покачала головой.

– Конечно, нет!

– Это с улицы, – одновременно с ней сказала Шарлотта. – Мимо проходила компания мальчишек, и все дымили, как паровозы.

Лицо мистера Вега снова приобрело нейтральное выражение, но в глазах еще полыхал огонь.

– Что ж, если вам что-нибудь понадобится, девочки, я буду у себя в кабинете. – Он покосился на экран телевизора, где шел эпизод «Пляжа». – Мадлен, не стоит смотреть этот мусор.

Мадлен щелкнула пультом. На экране появилась сцена охоты – лев раздирал когтями бьющуюся в агонии зебру. После того как мистер Вега ушел, Шарлотта подошла к Мадлен и тронула ее за руку.

На журнальном столике пискнул айфон Мадлен. Все замерли. Она схватила трубку и посмотрела на экран.

– Сюрприз, сюрприз. Еще один твит от Лили и Габби. Они весь день умоляют взять их на гору Леммон.

– Этому не бывать, – сказала Шарлотта.

Зазвонил и телефон Саттон – миссис Мерсер разрешила Эмме взять его с собой на случай непредвиденной ситуации. Эмма достала его из сумки. «Привет, милая! – писала Габби. – Ты ведь очень хочешь быть с нами, правда? Так что нас уже трое – мы тоже нас любим! Чмоки!»

Шарлотта застонала, прочитав послание на своем BlackBerry.

– Если они будут и дальше упиваться такой любовью к себе, их раздутым эго придется назначить липосакцию.

Экраны их телефонов вспыхнули еще раз.

«Буква “л” в “Игре в ложь” означает “лузер”!»

– Это уже слишком. – Лорел приготовилась стереть сообщение из памяти своего телефона. – Если они не уймутся, больше никто и никогда за них не проголосует.

– Удивляюсь, как они вообще получили голоса, – задумчиво произнесла Шарлотта, двигая керамическую фигурку осла на журнальном столике. – Я посмотрела онлайн-бюллетени. Изабель Жирар и Кейтлин Пирс тоже были в списке кандидаток, и парни явно симпатизировали им, а не Габби с Лили.

– Я за то, чтобы перестать с ними общаться. – Мадлен зачерпнула горсть попкорна.

– Поддерживаю, – быстро сказала Эмма, вспоминая, как на днях Габби целилась в нее из воображаемого пистолета.

Мой голос – третий, подумала я.

Телефоны пискнули еще раз, и все уткнулись в экраны. «ДВЕ КРАСАВИЦЫ-ПРИНЦЕССЫ ЗАСЛУЖИВАЮТ МЕГАВЕЧЕРИНКИ! ЭЙ, ПОВЫШАЙТЕ ГРАДУС!»

– Знаете, что нужно сделать? – Мадлен откинулась на спинку дивана и подтянула колени к груди. – Мы должны сбить спесь с этих принцесс. Нажать на больное место.

– Розыгрыш? – Лорел вскинула брови.

Эмма пожала плечами.

– Я так не думаю… – Она вспомнила полицейский отчет. Габби угодила в больницу по вине Саттон. Она все еще не понимала, как именно пострадала Габби, но не зря же ее повезли в отделение скорой помощи.