– Ты уверена, что это хорошая идея? Может, на время оставить «твиттеряшек» в покое?

Брови Лорел поднялись домиком.

– Да ты что, это отличная идея! И мы уже не можем отступить… К тому же, – продолжила Лорел, – я тебе гарантирую, что никто не проболтается. Им самим охота посмотреть, как облажаются их конкурентки. Народ обожает всякие конфузы.

Так держать, придворные дамы, объединившиеся ради того, чтобы сделать кому-то пакость, подумала Эмма. Неприятное колкое чувство напомнило ей, что она сама однажды стала жертвой жестокого розыгрыша. Эмма твердо решила, что, как только все закончится, она сразу же выйдет из клуба «Игра в ложь».

Машина, перепрыгнув через бордюр, вползла на подъездную дорожку дома Мерсеров.

– Это кто… папа? – Лорел нахмурилась, увидев открытую дверь гаража.

Мистер Мерсер стоял возле мотоцикла. Он помахал им рукой, когда они подъехали ближе.

– Почему он дома? – пробормотала Эмма. Обычно мистер Мерсер возвращался из больницы ближе к вечеру, если только не был на вызове, а порой приходил и вовсе среди ночи.

Лорел заглушила двигатель, и девушки вышли из машины.

– Саттон, мне надо поговорить с тобой, – сказал мистер Мерсер, вытирая руки грязным зеленым полотенцем.

Эмма тотчас напряглась. Может быть, Ниша все-таки донесла на нее Мерсерам.

– Мне очень жаль, – на всякий случай сказала она.

– Ты даже не знаешь, что я собираюсь сказать, – усмехнулся мистер Мерсер. – Твоей маме звонила Жозефина Фенстермахер. Она сказала, что ты получила девяносто девять баллов за контрольную по немецкому на прошлой неделе. Это лучший результат в классе.

У Эммы запылали щеки. Лорел резко повернулась и уставилась на нее в недоумении.

– Ты?

Мистер Мерсер улыбнулся.

– Она сказала, что твоя успеваемость существенно улучшилась по сравнению с прошлым годом. Я знаю, немецкий дается тебе тяжело. Но мы с мамой так тобой гордимся!

Эмма провела рукой по волосам. Честно говоря, контрольная была довольно легкой, но она заставила себя изобразить смущение.

– Спасибо.

Мистер Мерсер прислонился к заднему бамперу «Фольксвагена» Лорел.

– Я убедил твою маму пойти на уступки. В награду за твое усердие мы снимаем домашний арест на вечер встречи выпускников и разрешаем тебе пойти на танцы. И возвращаем тебе телефон, – сказал он, протягивая ей айфон Саттон.

– Серьезно? – У Лорел загорелись глаза. – Папа, это просто супер!

Эмма сжала руку Лорел и тоже завизжала, зная, что так поступила бы Саттон. Но сейчас ее меньше всего волновал вечер выпускников.

Мистер Мерсер поднял бровь.

– Да, мы отпускаем тебя на бал, но со следующего дня ты снова под арестом. Это понятно?

– А как же традиционный поход? – заныла Лорел. – Можно, Саттон пойдет с нами?

На лице мистера Мерсера отразилась внутренняя борьба.

– Ну… Ну, я полагаю, что да.

– Йес! – воскликнула Лорел и посмотрела на Эмму. – Может, в качестве благодарности ты дашь мне поносить свои туфли Miu Miu? – С этими словами она повернулась и вприпрыжку понеслась к дому.

Эмма двинулась следом за ней, но мистер Мерсер многозначительно кашлянул.

– Саттон, не поможешь мне? – Он направился к мотоциклу. – Подержи байк ровно, пока я осмотрю покрышки.

– Конечно. – Эмма прошла за ним в гараж и схватилась за рукоятки руля.

Мистер Мерсер наклонился, изучая рисунок протектора на переднем колесе.