– Лили… – На лице Габби появилось раскаяние. – Прости, а?

– Да, Лили, – сказала Шарлотта, убирая с плеча выбившийся рыжий локон. – Ты должна поехать. Вы помиритесь!

– Боюсь, что не скоро, – жестко сказала Лили. Она вскинула подбородок. – Алло? Да, мне нужно такси. Я на автозаправке на пересечении Танк-Верде Роуд и Каталина-хайвэй…

Злой пыльный ветер взметнул подолы платьев, обжег ноздри едким запахом бензина. Вызвав такси, Лили подошла к дверям мини-маркета и уселась на большой квадратный холодильник. К ней тут же подвалили прыщавые курильщики, но она смерила их таким взглядом, что они тотчас ретировались.

Девушки медленно вернулись в машину.

– Стоит ли нам ехать? – спросила Шарлотта.

– Я боюсь оставлять ее одну в таком состоянии, – сказала Лорел.

– Ничего с ней не случится, – сдавленным голосом произнесла Габби. – Отсюда до нашего дома рукой подать, при желании она бы и пешком дошла. Просто уперлась, как последний лузер. Нам и без нее будет неплохо.

Когда Мадлен вырулила на шоссе, Эмма обернулась и еще раз посмотрела на Лили. Та провожала машину взглядом, исполненным неприкрытой ярости, комкая в руках свой венок. Холодок побежал по спине Эммы, и она сказала молчаливое «спасибо» за то, что Лили не едет с ними. С одной «твиттеряшкой» она уж как-нибудь справится. Верно?

Ошибаешься, подумала я. Эмма ехала ночью в пустыню с одной из моих убийц, и я понятия не имела, вернется ли она оттуда.

Столкновение в темноте

– Как высоко мы поднимемся? – спросила Шарлотта, когда они проехали мимо очередного кемпинга. На площадке перед ним стоял фургон, и какое-то семейство жарило бургеры на гриле-барбекю.

– Чуть выше, – сказала Габби, подавшись вперед и выглядывая между сидений.

Оставив позади еще несколько живописных уголков, они сделали два неправильных поворота. Пришлось развернуться и спускаться обратно, но наконец Габби завизжала:

– Сюда!

Мадлен загнала машину на ровную площадку, засыпанную гравием. На небольшой деревянной табличке было написано: «КЕМПИНГ». Другая дощечка служила указателем «ПЕШИЕ ТРОПЫ», а третья предупреждала: «ОСТОРОЖНО, ГРЕМУЧИЕ ЗМЕИ».

Девушки вышли и выгрузили снаряжение из багажника. Они поднялись выше чем на километр, и горный воздух был прохладным. Эмма зябко поежилась. Габби сменила тогу на джинсы и толстовку; остальные последовали ее примеру.

– Придется надеть и кроссовки, – авторитетно заявила Габби, доставая пару Nike из сумки. – До источников километра полтора пешком.

– Мы пойдем пешком в темноте? – выпалила Эмма. Она едва различала заросшую низким кустарником тропинку, исчезающую в скалах. Одинокий ветер со свистом гонял по парковке перекати-поле.

– Вот для чего нужны фонарики. – Габби достала длинный серебристый Mag-Lite, достаточно тяжелый, чтобы проломить кому-нибудь голову. Она попыталась его включить, но у ничего не получилось.

– Хм…

У Мадлен и Шарлотты тоже были фонарики, но только один оказался исправным. Его бледно-желтый луч едва освещал тропу под ногами.

– Кажется, это плохая идея, – сказала Эмма, чувствуя, как отчаянно колотится сердце. – Может, в другой раз?

Габби закинула рюкзак на плечи.

– Кажется, Саттон Мерсер… боится?

Эмма заскрежетала зубами. Лорел взяла ее под руку.

– Все будет хорошо, – сказала она. – Обещаю.