– Да, розыгрыш был клевый. Но в следующий раз… Не стоит ронять светильники в опасной близости от моей головы.

Габби остановилась. Даже в сине-черной темноте Эмма смогла разглядеть испуг на ее лице.

– Ты имеешь в виду тот несчастный случай в актовом зале? Но мы этого не делали! Боже, Саттон! Мы же не сумасшедшие!

И она двинулась вперед, помахивая длинным конским хвостом. Эмма застыла на мгновение, чувствуя, как ее пробирает дрожь от осознания очевидного. Конечно, Лили и Габби не сбрасывали на нее светильник. Это сделал кто-то другой.

Мой убийца.

Момент, которого так ждали

Эмма открыла глаза и посмотрела вокруг. Она лежала в спальном мешке на полу в гостиной Мерсеров. Мерцал голубым светом экран еле слышно бубнившего телевизора, низкий столик был завален пакетами и контейнерами из-под тайской еды на вынос, на ковре валялись потрепанные журналы Us Weekly и Life & Style. Часы на панели телевизора показывали 2:46 ночи. Шарлотта, Мадлен и Лорел спали рядом с ней, а Габби и Лили свернулись калачиком возле камина, зажав в руках новенькие членские карточки клуба «Игра в ложь».

Бззз.

Телефон Саттон светился возле подушки Эммы. Она увидела на экране: ИТАН ЛЭНДРИ и тотчас насторожилась.

Выскользнув из спального мешка, прошлепала в холл. В доме было очень темно и тихо, только тикали дедушкины часы в прихожей.

– Алло? – прошептала она в трубку.

– Наконец-то! – закричал Итан на другом конце. – Я тебе всю ночь звоню!

– Да?

– Ты что, не получила мои сообщения? – Итан тяжело дышал, как будто разговаривал на бегу. – Мне нужно с тобой поговорить!

О, теперь ты хочешь поговорить со мной, подумала Эмма, выглядывая в окно. Знакомый красный автомобиль стоял у обочины. Она опустила занавеску и одернула футболку. – Т-ты что, у дома Саттон?

Последовала пауза. Итан вздохнул.

– Да. Я проезжал мимо и увидел машину Мадлен во дворе. Ты можешь выйти?

Эмма не знала, что думать о том, что Итан глухой ночью торчит под окнами дома Мерсеров. Будь это кто-то другой, она бы решила, что тут попахивает слежкой. Хорошо хоть, на этот раз он воспользовался телефоном, а не камешками.

– Три часа ночи, – ледяным тоном произнесла она.

– Пожалуйста!

Эмма провела пальцем по краю декоративной чаши на столике в прихожей.

– Я не знаю…

– Прошу тебя, Эмма?

У Эммы заломило виски. Мышцы ныли после лазания по пещерам. У нее не было ни сил, ни желания спорить.

– Ладно.

Итан выключил фары, когда Эмма прошла через двор.

– Почему ты не отвечала на звонки? – спросил он, когда она шагнула с тротуара.

Эмма заглянула в айфон Саттон. Так и есть: шесть сообщений и пропущенных звонков от Итана. Она не заметила их раньше, да и не до того было. Они с девчонками устроили пир, придумывали новые образы для Габби и Лили, пили кофейный ликер «Калуа», играли в Dance Dance Revolutionи, конечно же, посвящали Габби и Лили в «Игру в ложь».

– Я была занята, – ответила она, и в ее голосе прозвучали стальные нотки. – Я подумала, что и ты занят.

Итан расправил плечи и открыл рот, но Эмма жестом остановила его.

– Прежде чем ты что-нибудь скажешь, знай, что это не Габби или Лили. Они не те, за кого я их принимала. – Она намеренно говорила «я», а не «мы», словно речь шла об ее собственном расследовании, к которому он не имел никакого отношения.

Итан нахмурился.

– Что случилось?

Эмма вздохнула и рассказала ему о ночных событиях.