|
После «похищения» наследник один оставался, наверное, только когда спал, да и то, вокруг караулы стояли.
И тут из глубин коридоров и недр кабинетов выпадает на меня «тезка» Аликс — Александр Федорович Редигер, и уже генерал от инфантерии!
— Григорий Ефимович! Какими судьбами!
— Да вот, пытаюсь литер получить, не дают, чернильные души.
— Почему? — удивился военный министр.
— Говорят, исчерпывающий список, где меня нет, либо по личному вызову.
— Что за чушь! — возмутился Редигер. — Это кто это вам такое сказал?
— Господин Демчинский.
— А, этот, — скривился генерал, — этот может.
— Может отказать?
— Соврать, Григорий Ефимович, — вполголоса ответил министр, — соврать.
— Ах вот оно что… Тогда ясно. Не буду вас задерживать, Александр Федорович, в Думе увидимся.
— Непременно!
Дождавшись ухода генерала, я ломанулся к Демчинскому, отшвырнув с пути попыпавшегося заступить мне путь клерка.
— Выписывай литер!
— Я статский советник! Извольте обращаться ко мне «Ваше высокородие»!
Нифига себе этот клоп раздулся… Уже генеральский чин выбил из Никсы и Аликс!
— А я граф! Извольте обращаться ко мне «Ваша светлость»! — рявкнул я.
Ничего, и не таких перешибал. Поскольку Николай Авдеевич не пошевелился, пришлось пойти в обход стола. Ясновидец взвизгнул и пустился наутек, так мы и прыгали вокруг здоровенного творения краснодеревщиков, пока не распахнулась дверь и на меня с воплем «Дядя Гриша приехал!» не напрыгнуло ихнее императорское высочество государь наследник цесаревич и даже великий князь Алексей Николаевич.
В дверях улыбался Митька. Здоровый лоб вымахал, гренадерских статей молодец, хоть сейчас в строй, тем более он в мундире — не в казачьем, как Алексей, а в полувоенном. Гимнастерка, шаровары, сапоги, ремень, но без погон, шифровок и прочих «выпушек, петличек».
Литер выписали за пять минут, пока императорское высочество притопывало ножкой. Девять лет мальчишке, а уже характер виден и вовсе не такой тихоня, как был в моей истории — не иначе, здоровье покрепче сыграло, да и Митька рядом. Ну что же, порадуемся за наследника престола — малохольный царь России совсем не нужен.
Отпустив казаков-конвойцев и отправив шоффера с машиной на специальную площадку перед дворцом, отправился в царские покои. Ну как отправился — Алексей тащил меня за рукав и рассказывал, рассказывал, рассказывал… Столько всего накопилось за то время, что мы не виделись…
— Дядя Гриша, а вы меня на аэроплане покатаете? — вспомнил он о моем статусе покорителя воздушного океана.
Эх, да только поздно вспомнил, мы уже пришли в Восточное крыло и навстречу нам из царицыных комнат показалась сама Аликс…
— Никаких аэропланов! — в ужасе распахнула она глаза. — Даже не думай! Григорий, я прошу вас не забивать Алексею голову!
Ну хоть «Григорий», а не «Григорий Ефимович», и то хорошо. Я поклонился, Алексей отпустил наконец мой рукав и тут грохнул сдвоенный выстрел, я аж подпрыгнул и подался вперед закрыть цесаревича. Но судя по тому, что все, кроме меня отреагировали совершенно спокойно, опасности никакой нет, что и подтвердила Аликс:
— Ники ворон стреляет, прямо из окна. Кричат поутру — сил никаких нет.
— Матушка, а проводи меня к государю.
Облом. Дернула Александра Федоровна бровью, подозвала лакея да отправила с ним. И куда все «милый друг» девались, будто и не было истерик, лечений, да и откачивал я после ладоги совсем другого человека…
Николая мы нашли в западном крыле, на втором этаже. |