Было больно и обидно. Он давил так сильно, что у меня не получалось ни пошевелиться, ни даже вздохнуть.

— Хр-гр-бр-мр! — снова пролепетала тварь, и выразительно глядя мне в глаза, добавила ещё что-то тарабарское.

— Я ж говорить не могу… Прищемил ты меня… — потратив последние запасы воздуха, только и удалось просипеть мне.

Тварь посмотрела внимательно, подумала, и чуть ослабив давление, зашевелила мордой, словно пытаясь что-то из себя исторгнуть.

«Блюёт что-ли?» — пришла нелепая мысль.

Но нет, сообразив что я не понимаю о чём он толкует, упырь решил частично развоплотиться, по крайней мере очень на это было похоже. Морда его затряслась, глазки забегали, а нижняя челюсть стала стремительно уменьшатся в размерах, стягиваясь прямо у меня на глазах.

— Почему оно не стреляет? — спустя несколько секунд последовал уже вполне понятный вопрос.

— Заело…Дай поправлю… — пробормотал я, стараясь говорить как можно небрежнее. Шанс на то что упырь передаст оружие, был минимальным, точнее его практически не было, но ничего другого мне просто не оставалось.

— Шутишь? — с присвистом — сказывались диспропорции речевого механизма, попытался улыбнутся монстр, а мне показалось что в его речи проскользнуло что-то знакомое.

— Нет, нисколько…

— Думаешь самый умный? — продолжал улыбаться тот, хотя наверное я неправильно воспринимал получавшийся у него оскал. Верхняя челюсть так сильно выпирала над нижней, что распознать мимику существа в таком виде было крайне сложно. Тем более под моим углом зрения.

— Был бы умный, не попёрся бы сюда…

— Это точно… Ты всегда дураком был!

Нет, всё же голос мне незнаком, хотя чёрт его знает, с такими дефектами его бы мама родная не узнала.

— Кто ты? — надежда на братьев магов ещё оставалась, и в данный момент я ничего не желал так сильно, как их появления.

Но упырь проигнорировал мой вопрос, увлеченно крутя дробовик и бормоча что-то себе под нос.

— Вот! Нашёл! — обрадованно воскликнул он, и ухватив оружие поудобнее, направил на меня.

— Что тебе отстрелить? Руку? Ногу? Или сразу яйца? — довольно «пропела» тварь, и мне снова показалось что в его голосе проскользнули знакомые нотки.

— Голову себе отстрели, придурок… — буркнул я, прекрасно зная что в чужих руках «вепрь» не стреляет. И вроде сказал негромко, почти беззвучно, но упырь услышал, и противно захихикав, дважды нажал на курок.

Щёлк-щёлк.

— Да что же это такое! — взревел он, и развернув дробовик на себя, заглянул в дуло.

— Да оно не заряже…

Грр-бах! — рявкнуло ружьё, и мой мучитель беззвучно свалился на пол.

— Сука! — выругался я, когда прилипшие к потолку мозги стали отклеиваться и падать вниз, прямо на меня. Было противно и гадко, но больше всего злило то что он так и останется не узнанным, ибо превращение не прошло, а тело уже посыпалось прахом. Единственное что я успел — выбить один из верхних клыков, и отползти подальше от рассыпающегося трупа.

Глава 25

Стерев с лица остатки мозгов самоуверенного упыря, я бросился к ведьме, на ходу анализируя её состояние.