Пару мгновений соображал, потом державшая меня опора куда-то делась, и я свалился прямо на каменный пол.

Было больно, досадно, но так я хотя бы мог видеть что происходит.

А происходило весьма любопытное.

Ведьма, а это она меня бросила, стояла напротив упыря, но напасть не решалась. Видимо даже для затуманенного голодом рассудка дошло что противник не по зубам.

Тот же, — высокий и недвижимый точно монумент, нависал над ней, и грозно рычал. Получалось негромко, но очень внушительно. Так обычно собаки предупреждают своих оппонентов, когда не хотят драки, но готовы к ней.

Вот только ведьма предупреждению не вняла, и зашипев, пулей сорвалась с места.

Глава 26

Вот только не на того напала. Упырь чуть сместился, и неуловимым движением приложил ведьму к стене, да так сильно, что с потолка посыпалась штукатурка и задрожал пол. Но та, казалось, даже не почувствовала удара, и вновь сорвалась с места, кидаясь в атаку.

А упырь был хорош. Если я привык видеть его вечно зашуганным, старающимся не попадаться на глаза, то теперь это был монстр с большой буквы. Огромный и резкий, он с лёгкостью отбивал выпады противницы, предугадывая каждое её движение.

Деталей разобрать я не мог, оба вампира двигались с невероятной скоростью, словно два паука — то из угла в угол, то прямо по потолку, но складывалось впечатление что упырь побеждает, и когда после очередного акробатического элемента с грохотом разлетелось окно, всё закончилось.

С трудом совладав с ногами, — а приложили меня знатно, я поднялся и подошёл к оконному проёму.

Темно и тишина. Сколько не прислушивался, — безрезультатно. Оба вампира как в воду канули. Разбиться не должны, высота не большая, скорее всего сцепились где-нибудь в уголке, или вообще за стену ушли. Им это легко, никто не услышит даже.

Не теряя времени я выскочил в коридор, и перепрыгивая через ступени, понёсся к себе.

Шумоизоляция в крепости практически идеальная, сказываются метровые стены, да и сон у моей жены весьма крепок, поэтому пока я гремел оружием и доспехами, она даже не шелохнулась.

А вообще, если отбросить частности, отпустить голодную вампиршу на свободу, затея совсем нехорошая. Это пока она толком не соображает, а как наестся и поймёт во что вляпалась? Чего тогда можно ожидать?

За свою жизнь я повидал много разных тварей, и знаю на что они способны, поэтому кроме того что ведьму удастся поймать, других вариантов не рассматривал. Запрещая себе думать о ней как о человеке — а ведьма ведь тоже человек, я легко представлял как разговорю её, и потом убью. Но как только сквозь выставленную «броню» отрицания прорывались воспоминания, моя решительность куда-то девалась.

Катана за поясом, кинжал в ножнах, парочка рун наготове, и конечно же дробовик — в таком виде я стоял на стене, вслушиваясь в доносящиеся снизу звуки.

Тишина, она ведь разная бывает. В том же лесу — вроде тишина, однако то листья на дереве зашуршат от ветра, то птица какая прокричит. Но в целом тихо. Вот и здесь, в крепости, где народу по самую каёмочку, мозг автоматом убирает привычные звуки, оставляя понятную, в целом, тишину. Но если прислушаться, то за этими исключаемыми звуками тишины-то никакой и нет.