Что так повлияло — я не то что не знал, я даже не догадывался. Может быть потом что-то и придёт в голову, но сейчас ни одной путной мысли у меня не было. Седина ладно, с кем не бывает, перенервничал, а вот лицо — это уже серьёзно. По-хорошему, надо вспомнить какое-нибудь «противоядие», но я никогда не занимался такими вещами, и вспоминать было попросту нечего. Единственное что приходило в голову, воспользоваться чем-то из заживляющих зелий, чем я сразу же и занялся, потратив всю накопленную за ночь энергию и лишившись практически всех запасов ингредиентов. Не скажу что вышло совсем хорошо, но омолодившись на пару десятков лет я смог «откатить» изменения, хоть и не став прежним юношей, но и не был уже глубоким, непохожим на себя стариком. И если не придираться, выглядел я сейчас как молодой, но в жопу спитый алкаш. Седой, опухший, с почерневшим лицом, впалыми глазами и потрескавшимися, пересохшими от вечной жажды губами.

Показываться на людях в таком виде не хотелось, но делать было нечего, и выйдя из комнаты я спустился вниз, в столовую. Стены и полы здесь ещё не отмывали, поэтому пахло не очень. Задерживаться не стал, и уже на улице встретил дядьку Ивана. В отличии от меня, он выглядел очень неплохо. Бодрый, на лице едва заметный шрам, а судя по свободе движения, с плечом тоже порядок.

Насторожено покосившись на меня, он хмыкнул, но комментировать не стал, и коротко отчитавшись о происходящем — это были чисто бытовые моменты, сказал что меня искали маги, и сейчас они торчат на стене. Откладывать я не стал, сразу поднялся, и сориентировавшись, нашёл их в центральной башне. Разложив на притащенном откуда-то столе карту, они так увлеченно её разглядывали, что при моём появлении не сразу отвлеклись от своего занятия. Почти одинаковые, как я и думал, близнецами они не являлись. У одного лицо пожёстче, второй подобрее. Это если в общем, к деталям я не присматривался. Долго расшаркиваться не стали, а предъявив грамоту от князя, уведомили что с этого момента в крепости, и на всех принадлежащих Большовым землях, устанавливается военное управление, а меня всё так же ждут в княжеской дружине.

— Это временно. Никто не ожидал что так получится. — словно оправдываясь, объяснил добрый.

— Думали договориться удастся, но нет, не вышло. — добавил злой.

Мне же, в принципе, было всё равно. После принятой самой тьмой клятвы, я не мог бездействовать, оставаясь в крепости. Одно дело осада, тогда без вариантов, и совсем другое сейчас, когда все двери открыты. Не хотелось, конечно, идти без дружины, — от моего «войска» осталось всего человек десять, но делать нечего, княжеская воля — закон. Тем более сейчас, когда такие дела.

— И ещё. — переглянувшись с братом, остановил меня добрый.

— Там человечка одного поймали, пока его не забрали, можешь поговорить. — продолжил злой.

Я сначала не сообразил каким боком это меня касается, но когда привели «человечка» и мы пообщались, оказалось, что самым прямым.

Валиевы. — Вот кто стоял за всеми моими неприятностями с крепостью.