Отказать я не мог по двум причинам. Первая, — отказывать попавшим в трудную ситуацию нехорошо, и вторая — девушка мне нравилась, и я подсознательно рассчитывал на определённую благодарность. В общем, поднялись мы с ней на третий этаж — там где были их с сестрой комнаты, и собрав вещи — а их оказалось немало, приготовились телепортироваться. Сестра её, по сути ещё ребенок, никогда не пользовалась телепортом, поэтому боялась. Но всё прошло хорошо, и мы оказались в той же башне откуда меня забирали церковники.

Успели еще засветло, но уже темнело. Поэтому, приказав на завтра приготовить одну из пустующих комнат, я проводил девушек в свою конуру, и показав что-где, оставил их в одиночестве.

Сам же расположился в кабинете. Захар, под новый заказ, привёз кучу ингредиентов. Как говорится — «помирать собирайся, а хлебушко сей.» Военное управление ещё не понятно как пойдёт, да и вообще не ясно что оно такое, а люди кушать хотят. Тем более сейчас, когда в крепости столько народа. Так что, до самого утра я был занят составлением очередных зелий. В этот раз упор был сделан на дорогостоящие; кровоостанавливающие и ранозаживляющие средства, их нужно было сделать процентов девяносто от общего количества, поэтому выручка обещала быть весьма существенной. А деньги очень нужны. Как дальше сложится — неизвестно, но в любом случае мне надо добирать людей и выдвигаться в столицу.

Первопрестольная, белокаменная, златоглавая — как только не называли Москву в моём мире. Наверняка и здесь есть что-то подобное. Вот только Москвы нет, здесь её ещё веке в десятом как спалили, так больше и не отстраивали. Зато есть Питер, но как там насчёт белокаменности, я пока не знаю, память выдаёт какие-то бессистемные отрывки. А вообще, перемешивая и заполняя энергией свои порошки и растворы, я представлял себя на месте князя, и пытался понять как сейчас обстоят дела, и что нужно делать.

То что всё плохо — это понятно. Но вот насколько, тут надо разбираться. Если отбросить нюансы, получается что на нас напали с трёх сторон чтобы разделить силы. Но с одной стороны, то есть здесь, наступление захлебнулось, и вряд ли теперь продолжится. Даже если не брать во внимание прибывшее подкрепление, чухонцы наверняка сообразили что к чему, и штурмовать замок в котором укрывается некромант, побоятся.

А значит остаются два других направления, на которых и произойдут основные события. Вот только как я карту не крутил, как не рассматривал, толку от этого не было. С моими знаниями о мире вообще, и о княжестве в частности, пытаться что-то спрогнозировать было бы чересчур самонадеянно. Одно только знал наверняка, если отобьёмся в этот раз, нужно будет не ждать следующего, а нападать самим. Не зря же Македонский еще сказал: Лучшая защита — нападение.

Пока размышлял, не заметил как вырубился. Прямо за столом, среди кучек травы и всяких порошочков.

Проснулся ближе к обеду, от громкого стука. Дядька Иван забеспокоился, и пришёл проверить.

— Там, — говорит, — люди собираются, ты бы вышел, видеть тебя хотят.

Выставив его за дверь, я умылся, наскоро привел себя в порядок — сегодня я выглядел чуток получше, и вышел на улицу.