* * *

За утренним кофе – тем самым, который из консервной банки, – снова провожу инструктаж. Теперь на тему загара и солнечных ожогов. Предупреждаю девчонок, что в первые дни не стоит долго загорать и гнаться за красивым загаром, а во время тренировок на воде нужно обязательно защищать верхнюю часть тела футболкой или рубашкой, чтобы избежать солнечных ожогов. Ну и голову прикрывать от солнца – куда ж без этого? Димон тут же тянется за газетой и складывает себе из нее пилотку-треуголку. Юлька презрительно фыркает:

– Сними и не позорься! Как деревня…

– Куда уж нам до вас, маркиза, – язвит Лева, защищая друга. – Уж простите, ваше сиятельство, что мы здесь все по-простому, без париков!

Димка в ответ разворачивает треуголку так, чтобы она походила на головной убор Наполеона, и по-наполеоновски закладывает руку за отворот своей гавайской рубашки. Все смеются, Юлька опять им недовольна:

– Вот клоун!..

Допив кофе и убравшись в столовой, мы приступаем к тренировкам, стараясь успеть до наступления жары. Юля сначала высокомерно поглядывает на нас, расположившись на полотенце, но потом не выдерживает и присоединяется к тренировке.

Мы немного разминаемся, разогревая мышцы. Затем на лимане, в приятной, теплой воде, отрабатываем греблю, лежа на доске. Плавать кролем среди нас умеют все, поэтому проблем не возникает. Учимся делать разворот по волне – это упражнение все тоже осваивают быстро.

Когда выходим на берег, народ слегка разочарован. Изначально-то все представлялось совсем по-другому – сразу вскочил на серф и понесся по морю, как чайка!

– Э… а может, теперь уже на море? За нормальной волной? – интересуется Лева. – Я как бы готов!

Коган шутливо салютует мне пионерским приветствием.

– Во-первых, нормальной волны сегодня нет, – я спускаю ребят с небес на землю. – Во-вторых, пока не освоим прыжок на земле – никто никуда не поплывет. Рано.

– Что за прыжок? – интересуется Димон.

– Первое, чему учат опытные серфингисты новичков, – это правильно вставать на доску. От того, насколько быстро, но при этом сбалансированно, вы встанете на нее, зависит, поедете ли вы по волне. Обычно новички встают слишком медленно и к тому же в несколько движений. И поэтому они сразу же, теряя равновесие, падают в воду. Но со временем мышцы адаптируются и запоминают нужные движения, а вставание на доску сводится к одному резкому, слитному прыжку. Только так и можно поехать на волне.

– Откуда ты все это знаешь, Русин? – с подозрением интересуется Юля.

Ребята тоже уставились на меня с любопытством.

– Прочитал статью в одном зарубежном журнале, – отмахнулся я. – Так что, будем тренировать прыжок? Учтите, я и сам пока не знаю, как точно его делать. Видел только изображение финальной позы на картинке.

– Будем! – дружно отвечают новооленевцы.

Мы кладем доску на песок, и я пытаюсь поточнее вспомнить движения своего друга из прошлой жизни. Постепенно у нас начинает получаться.

– Подожди! – машет рукой Лева. – Я сейчас камеру принесу. Я же взял с собой папин «Лантан»! Заснимем все для истории.

Камера – это хорошо, будет что потом показать космонавтам, а главное – зиловцам. Я ведь только передал им сделанный на скорую руку чертеж, и меня сразу быстренько оттеснили в сторонку. А уж когда со слов отца мужики узнали, что сам Гагарин заинтересовался этой доской, от желающих поучаствовать в новом проекте отбоя не было. Даже директор ЗИЛа Павел Дмитриевич Бородин с Александром Ивановичем из Первого отдела пришли посмотреть на это чудо.