Мимо катились кареты, украшенные гербами. Вдоль широкой улицы, словно строгие часовые, ровными рядами стояли старые деревья. В фешенебельные магазины заходили красиво одетые мужчины и женщины. Ройэл с удивлением отметила, что особняки здесь окружают лишь крошечные островки зелени, совсем не так, как в родной Саванне.

Когда экипаж остановился у подъезда роскошной гостиницы, поверенный с улыбкой сказал:

– Здесь вы поживете, пока не переедете в пансион. Мистер Рутланд распорядился провести вас по магазинам. Сегодня понедельник… Думаю, уже через неделю вы обзаведетесь всем необходимым, чтобы предстать перед миссис Фортескью.

Ройэл взглянула на Арабеллу, та ободряюще улыбнулась. Собравшись с духом, девушка покинула экипаж. Что бы ни ждало ее в будущем, она решила, что встретит все без страха.

Кабинет директрисы Фулгама был обставлен с намеренной скромностью. Все здесь было безлико и неуютно. За письменным столом, перед которым стояла пара жестких стульев с высокими спинками, восседала женщина с холодным и строгим лицом. Едва Ройэл вошла, директриса смерила ее с головы до ног пристальным взглядом. Девушка в ответ посмотрела на нее с нескрываемым любопытством.

Трудно было определить возраст директрисы. Ей было не то пятьдесят, не то шестьдесят лет. Она была высокой и худощавой. Волосы тщательно зачесаны назад и спрятаны под белый чепец. На носу очки с толстыми стеклами.

Мистер Веббер предупредил, что в пансионе директриса чувствовала себя как королева в королевстве: вся власть была в ее руках. Ройэл поняла, что он был не далек от истины.

Взглянув поверх очков на вошедших, директриса снова уткнулась в толстую книгу. Наконец она соизволила приветствовать гостей.

Она так впилась взглядом в Ройэл, что девушка невольно поежилась от страха. Директриса указала на два стула, и Ройэл с тетушкой покорно присели.

– Я заждалась вас, Ройэл Брэдфорд, – раздраженно произнесла директриса. Она выбрасывала слова, словно острые камешки. – Если вы собираетесь учиться в моей школе, то должны быть пунктуальны, независимо от ваших прежних привычек.

– Моя племянница приехала в Англию только девять дней назад, – вступилась за девушку Арабелла. – Мне сказали, что вы будете ждать ее на этой неделе.

Миссис Фортескью смерила Арабеллу холодным взглядом.

– Все верно. Нужно лишь учесть, что уже вторник. А я ждала ее в понедельник с утра.

– Но мы не могли прийти раньше. Ройэл должна была обзавестись новым гардеробом. Не так легко подобрать темные платья, которые бы пришлись к лицу моей племяннице. Вы ведь знаете, что она носит траур по отцу… – Арабелла перевела дыхание. – К тому же ее обувь…

На губах директрисы появилась натянутая улыбка.

– Здесь у нас действует одно непререкаемое правило: никаких оправданий, важен только результат.

– Простите, миссис Фортескью, – извинилась Ройэл. – Больше это не повторится.

– Посмотрим, – последовал ответ. – Вам следует также знать, что обычно мы не принимаем в Фулгам девушек из Колоний… – Последнее слово она произнесла с особым отвращением. – Школе Фулгам двести пятьдесят лет, и в ней учились только девушки из самых аристократических семей.

– Я не стыжусь своего происхождения! – воскликнула Ройэл, и ее глаза заблестели.

Однако директриса пропустила это восклицание мимо ушей.

– В Фулгаме учится одновременно не более двадцати пяти девушек. Из этих двадцати пяти девушек только вы и внучка лорда Эдинбургского не имеете достаточно благородного происхождения. Однако… – продолжала она ледяным тоном, – поскольку здесь училась ваша мать, а также благодаря тому, что у вашего опекуна, мистера Рутланда, большие связи, мы решили принять вас.