Господи, что он сделал?

Рукой с травмированным пальцем Волк обвел стены вокруг них.

– Она так и не поняла правил лабиринта…

Наклонившись над Кларой, он прошептал:

– Но ты-то их знаешь, верно? Я сейчас начну считать, а ты спрячешься…

Страх, что же это такое? «Химическая реакция», как однажды объяснил ей Франсуа. Возбуждение нейромедиаторов в гипоталамусе и надпочечных железах, вызванное ожиданием опасности или боли.

Он научил ее контролировать этот процесс. Мысленно переноситься в любой момент дня. Прятаться в самой комфортабельной части своего тела.

Страх больше не имеет власти над ней. Клара медленно поднялась.

– В твоем плане есть только одна проблема.

Обескураженный ее уверенным тоном, Риве напрягся.

– Благодаря Франсуа я изменилась, – сказала Клара. – Я больше не подросток, находящийся в неведении, больше не ребенок. Я больше тебя не боюсь! Я больше никогда не буду тебя бояться!

Риве выслушал все это с обеспокоенным видом, а затем его голос сделался жестким:

– Чего же ты ждешь? Быстро! Беги прятаться!

– Нет, с этим покончено. Я больше не играю.

Совершенно потрясенный, Ликаон пристально посмотрел на пленницу. Взгляд его был полон гнева.

– Я тебя больше не боюсь, – повторила Клара.

– Я запрещаю тебе это говорить…

Риве с яростью ударил пленницу по лицу. Ее голова стукнулась о каменную стенку, укрытую расписной тканью. При падении Клара рассекла себе бровь. Молодая женщина пошатнулась, но смогла удержаться на ногах. Несмотря на кровь, мешающую смотреть, она бросила на похитителя вызывающий взгляд.

Сгорбившись и выставив вперед лоб, Риве издал что-то вроде ворчания.

Как животное.

– Да я тебя сейчас…

– Что ты мне сделаешь? – прорычала Клара в ответ. – Ты бессилен… Именно поэтому ты ко мне так и не притронулся, верно? Ты волк? Да тебя и человеком не назовешь. И после этого ты еще хочешь, чтобы я тебя боялась?

В глазах Риве загорелся бешеный гнев. Он сделал прыжок к Кларе:

– Я тебя сейчас убью!

Но молодая женщина ловко отскочила, заставив его пошатнуться. А затем принялась убегать от похитителя, невзирая на боль во всем теле и кровь, заливающую лицо. Она пробежала до конца коридор, завешенный тканью, и свернула в другой – темный, тесный, с низким потолком. Участки голого камня чередовались с деревянными перегородками и зеркалами. Через несколько метров перед Кларой оказалась развилка. Не рассуждая, она выбрала правый коридор.

Беглянка устремилась в самый центр лабиринта.

Риве поднялся на ноги. Он собирался начать преследование, как вдруг, эхом отражаясь от темных стен, раздался пронзительный сигнал тревоги.

Ликаон всегда умел противостоять опасности, сохраняя при этом трезвость ума. Этому способствовало что-то в его обмене веществ.

Повернувшись спиной к тому коридору, куда поспешила Клара, Риве направился в противоположном направлении.

У них были посетители.

– Вы хоть посмотрели, который час? – жалобным тоном осведомился Антуан.

– Да. Мне очень жаль. Я должна задать вам всего один вопрос, – произнесла капитан Брюнель, не подходя к двери.

Риве колебался. Будто в замедленной съемке, капитан видела его левую руку, которая чуть дрожала. Складку на лбу. Тонкие губы, сейчас совсем бледные.

– Если у вас всего один вопрос, – произнес Риве, – то у меня уже есть ответ.

Правой рукой он выхватил револьвер, и не успела Марианна даже пошевелиться, как Антуан почти в упор выстрелил ей в грудь.