Ночь.

Лунная дорожка

В коридоре.

У окна

Стоит она.

Одна.

Сигарета в зубах.

90х60х100.

На высоких каблуках.

Курите?

Нет.

Но целуюсь,

Да!

Всегда и везде.

Смело.

Смелость

Берет города,

Идите сюда.

Нет,

Лучше ты ко мне.

Что ж,

И это по мне.

На губах

Вкус табака.

Пепельница.

Ничего.

Слюбится,

Стерпится.

Вы знаете,

Как ходят сейчас поезда?

Да-да,

Да-да-да,

Да-да-да-да-…

Да-да,

Да!!!

Утро.

Прощание.

Деловое.

Обмен визитками.

Поклонами.

Сигарета в рот.

На каблуках поворот.

Расступись народ!

90х60х100

Идет!

В руке

Визитка.

Три строчки:

ЖДУ!

90х60х100.

167 36 70.

И ниток клубок,

Не заблудился

Чтоб.

Сима

Вот идет красотка Сима,

За окном, как на экране,

Жизнь её промчалась мимо,

Как мелодия в рекламе.

Пролетела в детстве Сима

Мимо детской колыбели,

Проскочила тоже мимо,

Где песочек и качели.

И возлюбленный у Симы

С преогромнейшим букетом

Шёл к любимой как-то мимо,

Тоже парень был с приветом.

Подарил часы он Симе,

Стрелки шли куда попало,

И куда хотела Сима,

То везде и опоздала.

То она поедет в Харьков,

А приедет аж в Одессу,

В жизни множество зигзагов,

Их не вешают по весу.

На себя все смотрит Сима,

За стеклом, как на экране,

Чья-то жизнь промчалась мимо,

Люди, словно марсиане.

Он суши не ел

Он суши не ел,

Не любил харакири,

Упрямо писал иероглиф «четыре».

Он был самураем

Священного Солнца,

Но был не похож на простого японца.

Какие-то гены сыграли с ним шутку,

Ему снился ночью тонувший «Титаник»,

Он чистил сушеную длинную рыбку

И капал по капельке «Балтики» краник.

Он суши не ел – 1

Он суши не ел,

Колотил в барабаны,

Хотел достучаться до ласковой мамы.

Он знал, что в Японии

Много японцев,

Но в Африке более жаркое солнце.

Прислал его папа, чтоб стать самураем

И племя хазбоев учить «бусидо»,

Чтоб Африка стала сакуровым раем

И люди смеялись не «после», а «до».

Он суши не ел – 2

Он суши не ел,

Не подцепит их хаси,

Неловкие пальцы у плотника Васи.

Попал он по пьянке

В «Ниппон-ресторан»,

Хотел удивить его внучек Иван.

Я рыбу сырую лишь в армии жрал,

Был повар-вредитель из пленных японцев,

Потом батальон наш ночами не спал,

Все славил страну Восходящего Солнца.

Он суши не ел – 3

Он суши не ел,

Не писался сонет

И было ему лишь четырнадцать лет.

Он пил «Актимель»,

Десять банок за день,

Сбежала от бедного мальчика тень.

И все же он суши кусочек поел,

И сразу увидел гору Фудзияму,

От рюмки сакэ он совсем окосел

И тихо упал в придорожную яму.