— А мне кажется, это очень мило, что нервничали, — сказала Фан.

— Им бы поменьше волноваться и побольше доверять своей интуиции, тогда было бы меньше сложностей с принятием решений.

Фанни бросила на него косой взгляд — ему, должно быть, трудно понять, что большинство людей действительно не доверяют своей интуиции. Потому что сам Алекс всегда верил тому, что ему подсказывал внутренний голос, был ли то выбор подарка или бракосочетание с женщиной, которую он знал всего два месяца.

— А тот человек, с которым ты разговаривал? — осторожно спросила Фанни. — Он еще пытался что-то найти для своей матери…

— Похожий на рефрижератор с головой?

Фанни улыбнулась сравнению, но тут же лицо ее стало серьезным.

— Ты сказал ему, что это магазин твоей жены.

— А что, лучше было сказать бывшей жены? — спросил он, положив руку на спинку дивана и разворачиваясь лицом к Фан. — Я не видел смысла вдаваться в такие подробности.

— Не в этом дело, — она махнула рукой. — Ты что-то сказал о моей работе в магазине…

— Я сказал, что ты впечатляющая женщина, — уточнил Алекс. И снова увидел то странное выражение в ее глазах, которое тогда заметил.

— Ты действительно так думаешь? — спросила она. — Ты сказал это с такой гордостью…

Алекс сдвинул брови.

— А я на самом деле горжусь. Ты, черт возьми, проделала такую работу с этим магазином! Большинство мелких предприятий разоряются на первом же году существования. А ты свое удержала, несмотря на то что это слабое хозяйство. Конечно же, я горжусь тобой!

Фанни опустила ресницы, но Алекс успел заметить слезы в ее глазах. Он приподнял ее голову за подбородок, повернув лицом к себе.

— Ты предпочитаешь, чтобы я не гордился тобой? — спросил он, совершенно сбитый с толку ее реакцией.

— Нет. Конечно нет. — Она подавила слезы. — Я никогда и не думала, что смогу сделать что-нибудь такое, чтобы ты гордился мной.

— Я всегда гордился тобой, — сказал Алекс.

— Чем же именно? Умением печь хороший яблочный пирог и вышивать прелестные подушки? — спросила она насмешливо.

— И этим тоже, как и многими другими качествами. — Алекс вдруг почувствовал, что ему очень важно продолжить эту тему: может, он тогда найдет ответы на вопросы, которые терзали его пять лет. — Тебе не нужно было делать что-то особенное, чтобы я мог тобой гордиться, Фан. Достаточно того, что ты просто была самой собой. Милой, заботливой и сильной.

— Но я никогда ничего не делала! — запротестовала она.

— Тебе и не нужно было что-то делать. Я любил тебя.

— Но ты-то всегда что-то делал! — Фан вскочила, не в силах усидеть от возбуждения. Алекс тоже поднялся, наблюдая, как она пошла и встала рядом со сверкающей елкой. — Вся твоя семья чем-то занята и делает какую-нибудь работу.

— Кто, например? — Алекс никак не мог вспомнить, кто из его семьи делал что-нибудь необычайное пять лет назад.

— У каждого члена твоей семьи своя карьера, вы разъезжаете по стране, работаете…

— Мама за всю свою жизнь никогда не работала.

— Но она участвует в каждой благотворительной акции штата!

— Если тебя интересует эта добровольная деятельность, я уверен, мама будет счастлива привлечь тебя к ней.

— Ты не понимаешь.