— Какую называть причину понижения? — спросил Сонлер, записав все распоряжения.

— Проявленную трусость и нарушения субординации.

Сонлер поклонился и направился к выходу, но Аргеной остановил его:

— Как считаешь, я поступаю правильно?

Сонлер пожал плечами.

— Ваша цель — унизить и уничтожить Ранрида. Это все понимают, как и причины его опалы. Единственное слабое место — Вайна. Ее он сможет обернуть в свою пользу.

— Верно, черт побери… ладно, пусть Вайна будет с ним.

Сонлер сделал соответствующую пометку в блокноте, но все же уточнил:

— Минувшей ночи хватит ему, чтобы выставить себя героем.

Аргеной улыбнулся, вспомнив минувшую ночь.

— Оно того стоило, если ты понимаешь, о чем я, — сказал он.

— Нет, — сухо сказал Сонлер и замер, ожидая разрешения уйти.

— Три дня, — проворчал Аргеной, глядя на четыре солнца Триумвирата. — Через три дня может начаться война, если Ирцарио сработает как следует. Вовремя же этот идиот решил оспорить власть.

Сонлер напомнил о себе покашливанием. Аргеной только отмахнулся, состроив недовольную гримасу:

— Иди, выполняй.

— То, что вы сейчас сказали, можно использовать.

— Это ты о чем? — спросил Аргеной, повернувшись.

— Ранрид знает о том, что в ближайшие дни может начаться война, и осуществляет действия, подрывающие авторитет власти. Перед этим он длительное время находился на одной из планет Триумвирата, где мог…

— Спутаться с узоргами! — воскликнул Аргеной.

— При таких подозрениях вы можете отказаться от поединка и запустить процедуру изгнания.

— Нет. — Аргеной мотнул головой. — Поединок будет. Через три дня я не хочу об этом даже вспоминать. Как скоро ты все устроишь?

Сонлер задумался. Пошевелил губами, загнул несколько пальцев.

— Ну? — нахмурился Аргеной.

— Придется сыграть грязно, распустить слухи, причем, как среди солдат, так и среди офицеров…

— Я знал, что не отмоюсь от грязи еще до того, как принял правление, не надо меня пугать. Сколько?

— Думаю, что завтра утром поединок состоится, — сказал Сонлер.

— Отлично. Иди. Все приказы в силе.

Сонлер ушел, оставив главнокомандующего в одиночестве на верхней палубе.

Глава 9

Аргеной никогда не пытался выяснить, как Сонлер делает то, что делает. Должно быть, работа была не из легких: найти слабые точки в обществе, грамотно их коснуться. Тут шепнуть нужное слово, там вскользь упомянуть о чем-то. А в итоге общество заведется, загудит и станет предсказуемым. Может быть, для кастрата это было искусством, вроде неведомого ему искусства любви. Во всяком случае, когда он занимался этим, глаза его горели.

Неоднократно Аргеной думал о том, что Сонлер запросто может настроить весь Гинопос против него. Что его останавливало? Возможно, лишившись естества, он и вправду утратил все мужские амбиции, вроде жажды власти. Но скорее всего просто боялся, что новый правитель запросто может оказаться не таким уж лояльным к кастратам, как Аргеной, который, кстати, и положил начало «программе стерилизации». До него слабых, неспособных к битве детей просто выбрасывали за борт.

Сонлер не подвел и в этот раз. Уже в середине дня, отобедав, как обычно, в одиночестве, Аргеной «узнал» от одного из генералов, что «Ранрид три месяца жил с зеленоглазой».