На крыше располагался вход в бункер. Мы спустились по новой лестнице к двери, Дербник ввел пароль в электронный замок, и дверь с шипением ушла в стену. За дверью находился лифт. На этом лифте мы спустились на верхний уровень бункера. Здесь нас уже ждали офицер охраны и два боевика.

– Ты, – офицер ткнул в меня пальцем, – пойдешь с нами.

– Это еще куда? – не выдержал я.

– Создатель ждет тебя. Он хочет говорить с тобой.

– Погодите, а остальные?

Офицер не ответил, повернулся ко мне спиной и пошел по длинному коридору, тускло освещенному лампами дневного света. Я ощутил раздражение и досаду.

– Идите, Алексей, – сказала Алина и ободряюще улыбнулась мне. – Не заставляйте Бога ждать.

– Ну да, как пел Владимир Семенович: «В гости к Богу не бывает опозданий», – буркнул я. – Надеюсь, мы увидимся еще и на этом свете.

* * *

Место, куда меня вели, находилось на последнем уровне бункера. Огромную бронированную дверь открыли после того, как офицер дважды ввел в систему пароль. За дверью нас ждал человек в темной металлической броне. Я подумал, что это и есть Ахозия, но ошибся – человек назвался архистратигом Ермолаем, командующим вооруженными силами апокалитов.

– Оставь оружие здесь, – Ермолай показал глазами на стол у стены, и помни, что ты полностью в Его власти. Если Он что-нибудь заподозрит, ты немедленно простишься с жизнью.

– Я могу и не встречаться с Ним, – ответил я, прекрасно понимая, что мои слова звучат дерзко. Но во мне заговорила гордость, которую я не мог и не хотел скрывать. – Если ваш Бог ищет со мной встречи, то кто кому нужен?

Удивительно, но Ермолая мои слова не рассердили.

– Ты прав, – ответил он, – Он действительно желает говорить с тобой. Только поэтому ты до сих пор жив. Так что оцени Его великодушие и не зли Его понапрасну. Идем.

Мы пошли по длинному коридору, в который открывались огромные помещения, полные самой разнообразной техники. Уж не знаю, откуда апокалиты все это взяли, но зрелище впечатляло. Миновав арсенал и вычислительный центр, мы поднялись по витой лестнице на верхний этаж уровня и оказались в громадном зале, освещенном мощными настенными светильниками – свет был таким естественным и ярким, что после полутьмы бункера почти ослепил меня. В центре зала красовался большой овальный бассейн, из которого к своду бил фонтан. Возле бассейна я увидел вооруженных охранников, а точнее охранниц, облаченных в точно такую же броню, какая была на Ермолае. Присмотревшись, я понял, что девы-валькирии все на одно лицо. Белокурые, миловидные, настоящие Гретхен.

Ага, вот, оказывается, в чем дело. Боевики Ахозии или клоны, или биороботы. Очень любопытный момент: секта, оказывается, располагает невиданной технологической базой, если может создавать таких вот искусственных солдат. Откуда такие возможности? Ясен пень, дело совсем не в божественности Ахозии…

– Рассматриваешь моих ангелочков? – Человек, сидевший в шезлонге у бассейна, поманил меня рукой. – Они заслуживают внимания, поверь. Я называю их херувимчиками. Они не мое творение – создал их другой человек. Профессор Рютцель, настоящий мастер своего дела.

– Ахозия? – Я прикрыл глаза ладонью, чтобы рассмотреть говорившего со мной человека. Он был гораздо старше меня, почти старик, – узколицый длинноволосый очкарик в застиранных джинсах и синей ковбойке, – и гораздо больше смахивал на престарелого хиппи, чем на живого Бога. Странный, однако, у него имидж. Прямо Джон Леннон на пенсии…

– Ахозия – просто имя, – сказал человек в джинсах.