– Это ведь была твоя идея использовать киборга, признайся, – я с трудом сдерживал желание броситься на Димона с кулаками. – Ты загрузил ей американцев.

– Моя. Других вариантов нет и быть не может. Даже если юсовцы с моей помощью или без найдут чертов транспортал и высадят там целую армию, они не смогут отключить реактор. А уничтожение самого транспортала не изменит историю.

– Но почему Кис? Пошли одну из своих охранниц. Они ведь тоже киберклоны.

– Это было бы идеально. Но киборги из лаборатории Рютцеля снабжались особым биоэлектронным имплантантом-идентификатором, вроде пасса на твоей руке. Мне не удалось найти способ деактивировать эти имплантанты.

– Хочешь сказать, что все твои охранницы – работа Рютцеля?

– Верно. Все они были созданы больше пятнадцати лет назад. Повторить то, что делал этот нацистский Франкенштейн, я не смог. Если с вами будет киборг из «Вайсхайма», нацистская электронная разведка тут же сядет вам на хвост.

– Ты не можешь знать этого наверняка!

– Знаю, Леша, знаю. Я читал технологическую документацию Рютцеля. Я мало что соображаю в генной инженерии, но в электронной начинке для киборгов разбираюсь неплохо. Девочки-нибелунги отличные солдаты, но задолго до того, как вы подберетесь к месту, где спрятана цайт-машина, вас засекут нацистские радары. Операция будет провалена в самом начале. У Алины такого биочипа-идентификатора нет, ее электронные имплантанты американские. И не смотри на меня так. Если бы у меня был хоть один шанс из миллиона добраться до реактора прежде, чем излучение разложит меня на молекулы, я бы пошел вместо нее, пожертвовал собой.

– С чего это такая жертвенность, Димон?

– А мне нечего терять, дружище. Я стар и все равно скоро загнусь от болезни сердца. Худо-бедно, я прожил свою жизнь. Я провел тридцать одиноких страшных лет в страшном мире, Леша. Я с лихвой расплатился за свою глупость. И смерть меня не пугает, – Димон помолчал, посмотрел на меня печально.– И потом, даже если история будет возвращена в нормальное русло, я останусь в этом мире. Я не смогу вернуться обратно в Москву 2008 года. Никогда.

Глава тринадцатая.

Выбор Бога

– Ну, как тебе новый «Даунлодер»?

– Барахло. Мало того, что даун, еще и лодырь.

– Темнит, сволочь.

Эту фразу Тога повторил, наверное, раз двадцать, пока я пересказывал ему свою беседу с Димоном. Мне всегда казалось, что моего казанского друга очень трудно вывести из равновесия. Но сейчас он был потрясен. Просто шокирован.

– Ну, и что скажешь? – спросил я, закончив рассказ.

– Темнит, сволочь.

– Это я уже слышал. По сути что можешь сказать?

– А что скажешь? История, конечно, потрясная. Из-за одного умного умника вон что произошло. Конец света в чистом виде.

– Я про Алину говорю. Димон уготовил ей роль героини, которая должна пожертвовать собой. Мне такой расклад совсем не по душе.

– Почему?

– Не по душе, и все тут, – я замотал головой. – Взяли, козлы, ребенка, что-то с ней наделали, превратили в биоробота, а тут еще и собираются в реактор ее послать! Несправедливо это, Тога. Нельзя так. Должен быть другой путь.

– Похоже, Димон уже все решил. Ничего тут не переиграешь.

– Надо переиграть! – Я тряхнул Тогу за плечо. – Слушай, компьютерный гений, давай, придумай что-нибудь. Давай сделаем этого Димона. Мне жалко Алину, понимаешь?

– И мне жалко. Но Димон профи. А я так, чайник-самоучка. Если ты прав, и этот мир создан фантазией Димона, как мир эльфийских королевств был создан фантазией Данилы Савичева, мы вряд ли сможем повлиять на события.