Профессор снова склонился над клавиатурой. Последовала еще более длинная серия перестука клавиш, напоминающая пулеметную очередь. На экране в совершенно хаотичном порядке мелькали буквы, цифры и обрывки фраз. Виктор понял только последний вопрос машины:

«Jetzt zu erfullen? JA/NEIN?»

Теслов стукнул по клавише «J».

«Die Aufgabe ist in die Reihe gestellt. Die erwartete Zeit des ersten Ergebnisses 162 Stundenrs», – выдала машина.

Профессор удовлетворенно потер руки и откинулся на спинку стула.

– Ну вот, через какие-нибудь сто шестьдесят два часа мы увидим, что записано на вашей… как ее? Флешке? Я уверен, машина справится и…

– Профессор, у нас нет ста шестидесяти двух часов, – жестко сказал Виктор.

По его расчетам, скоро должен был заняться рассвет. А это значило, что охранники, рыскающие в поисках остатков отряда Сэйгэна, вместе с операторами видеокамер, занятыми тем же, наконец обратят внимание на скобы-касугай, торчащие с наружной стороны балкона Черного Донжона.

– Но как же? Компьютер…

– Профессор, надо быстрее.

– Мы что, спешим куда-то? – взорвался Теслов. – В конце концов, молодой человек, что вы себе позволяете? Вы приходите ко мне в лабораторию и при этом говорите о вещах, требующих самой серьезной проверки…

– Именно, профессор, – мягко сказал Виктор. – Но за неделю проверки может погибнуть слишком много людей. И на чьи плечи тогда ляжет ответственность за их жизни?

Теслов вздохнул.

– Насколько нужно быстрее? – спросил он.

– Минут пятнадцать – двадцать на все, не более.

– Мне придется тогда утилизировать всю вычислительную мощность компьютера! Это не останется незамеченным.

– Профессор, секретность уже не имеет значения.

– А что имеет значение?

Теслов явно не переносил, когда на него давили, и, как все гении, обладая взрывным характером, был снова готов начать метать молнии из-под очков.

– Сейчас имеет значение только время, – как можно мягче сказал Виктор. – И жизни людей, которых можно за это время спасти.

– Ну хорошо-хорошо, – проворчал Теслов.

Его пальцы снова забегали по клавишам. На экране появился вопрос:

«Are you sure about MEGAMASTER mode?»

И сразу после надпись, загоревшаяся тревожнокрасным цветом:

«Are you sure you have enough access rights for MEGAMASTER mode? If you continue alert for security service would be sent…»

Рука профессора заметно дрогнула, когда он нажал «Y».

– Профессор, почему машина заговорила по-английски? – спросил Виктор.

Теслов зло зыркул исподлобья и ничего не ответил.

Тем временем шум, который постоянно присутствовал в лаборатории, начал неуловимо меняться. Виктор невольно напрягся.

– Не волнуйтесь, – буркнул Теслов. – Это включилось усиленное охлаждение нейронного анализатора. В конце концов мы в режиме постановки мегазадачи: пойди туда, не знаю куда, и принеси нам ваш загадочный фильм. При этом мы же не знаем ни стандарта цветности, ни количества кадров в секунду, ни метода сжатия. Не знаем абсолютно ничего! Хотя, честно говоря, это моя любимая задача: анализ по нечетким критериям.

Пальцы профессора слились в согласном беге по клавиатуре.

Теперь Виктор не понимал вообще ничего. Символы метались по экрану с невообразимой скоростью. Компьютер и человек говорили на своем языке, понятном только им.