Витек аж чуть не взвыл от возмущения. Но высказаться не успел.

– Ладно, не кипятись, – весело сказала трубка. – Понимаю, что тебе, небось, жутко охота сейчас меня послать…

«Ишь ты, пророк хренов. И чего он там так тащится? Небось, его Сяпа снова кого-нибудь в бассейн загнал».

– …Так ты это, погоди. Давай, приезжай сейчас ко мне. У меня для тебя сюрприз – закачаешься.

– Знаю я твои сюрпризы, – неприветливо сказал Витек.

– Знаешь, да не все. И вообще, ты мне за сестру должен. Это мои ребята ее вчера у черных отбили.

Витек помолчал немного, переваривая услышанное. Потом сказал:

– Через час буду, – и положил трубку.

«Вот она, своя жизнь, – думал он, спускаясь по лестнице. – И на кой я ему сдался? Надо побыстрее завязывать с такими друзьями, а то не успеешь оглянуться, как снова по горбу схлопочешь. И раз, и еще раз, и еще много-много раз».

Витек и не подозревал, насколько он был недалек от истины.

* * *

Он прошел через кованые ворота и вход в клуб как человек-невидимка. Охранники даже не перевели взгляда в его сторону, не говоря уж про похлопывания по карманам или исследования ауры металлоискателями.

А в остальном все было по-прежнему. В вестибюле гостя ждала скучающая Александра.

– Опять ты? – тоскливо спросила она.

– Ага, – почему-то радостно ответил Витек.

– Ну, пошли, – сказала она, направляясь к лифту. – И на кой ты ему сдался?

– Сам не знаю, – пожал плечами виновник трагедии. – Но ты это, не грусти особо. Больше я тебя купать не буду.

– Спасибо, добрый человек, – слегка поклонилась она. – Смотри, как бы я тебя не искупала. Или чем-нибудь тяжелым по башке не треснула.

– Тяжелым не надо. А насчет искупаться вдвоем – это я с удовольствием.

– Шустрый какой, – усмехнулась Александра. – С Настей барахтайся. Только смотри, не посиней раньше времени.

Они вошли в лифт. Александра вновь активировала браслетом английскую надпись о каком-то боге, которому доверял лифт или кто-то еще, и нажала на кнопку.

– Да ты никак ревнуешь? – удивился Витек.

– Исстрадалась вся, единственный мой. Ты себя в зеркале видел?

– А что, так плохо?

– Хреновенько, – сочувственно сказала Александра.

Витек посмотрелся в огромное зеркало лифта – ничего, вроде как синяки с портрета сходят потихоньку – и попытался пригладить вихры.

– Вряд ли поможет, – прокомментировала его усилия Александра.

– А что поможет? – спросил Витек, не подозревая подвоха.

– Пластическая операция. И лоботомия с выскабливанием рудимента серого вещества.

– Выскабливанием чего?

Но выяснять подробности было уже поздно. Лифт остановился, а в шипящей камере его спутница как-то сразу стала другой – деловой, жесткой, хранящей ледяное молчание. Витек посмотрел ей в лицо – и ему как-то сразу расхотелось трепаться. Понял – пошлет. Или, что вероятнее всего, не ответит. Ибо здесь начиналась иная зона.

Это был не тот этаж, что в прошлый раз. Витек только сейчас сообразил, что лифт шел не вверх, а вниз. Двери разъехались в стороны.

Здесь был спортзал – но спортзал другой, нежели тот, что призывно просвечивал сквозь стеклянные двери вестибюля первого этажа.

На огромном пространстве этого зала не было навороченных тренажеров непонятного предназначения.