– Это… скидка?

– Скидки, мил человек, бывают только с лестницы.

Они вышли на улицу. В воздухе уже явственно пахло приближающейся зимой. Не за горами были первые белые мухи.

– Скидки у лохов, Витя, – сказал Афанасий, с удовольствием нюхая воздух. – У нас – привилегии. А привилегиями надо пользоваться. Они для того и завоеваны.

– Кем… завоеваны?

– Пролетариатом, – хмыкнул Афанасий.

Он нажал на брелок, и приветственно взвыл-мигнул фарами двухместный японский внедорожник у входа.

То ли от свежего воздуха, то ли от вида иноземного чуда, но у Витька в голове стала намечаться какая-то ясность. Все недавние обиды и горести как-то сразу забылись. Он восхищенно смотрел на автомобиль.

Когда вот такое или что-то подобное обезличенно рассекает по улицам, тогда просто. Посмотришь вслед, вздохнешь – и тут же забудешь. А когда кто-то, пусть даже мимолетно знакомый, вот так запросто достает ключи из кармана, а эдакая зверюга радостно воет в ответ… Не то чтобы завидно, но тоже так хочется. Когда-нибудь.

Афанасий перехватил взгляд Витька и усмехнулся.

– Водить умеешь? – спросил он.

Витек кивнул.

– Права в школе получил. И в армии приходилось.

– Тогда держи.

– Чего держи? – не понял Витек.

– Ты, братуха, в натуре тормоз или притворяешься? Ключи держи. Поведешь. Я чегой-то перебрал чуток. Боюсь, ненароком столб обниму или еще чего учудю. У меня это запросто.

«А я, типа, как стеклышко…»

Витек энергично потряс головой, фокусируя взгляд. Два автомобиля нехотя собрались в один.

– Может, не стоит?..

– Давай, двигай, Витя, – хлопнула его по плечу увесистая ладонь. – Один раз живем, где наша не пропадала!

«Плевать!»

Витек открыл дверцу и сел за руль. Мягкое сиденье услужливо обволокло спину.

– Ну и чудненько!

Афанасий грузно плюхнулся рядом.

– Короче. Коробка-автомат, педали, стало быть, две – газ и тормоз. Остальное – разберешься по ходу. Вперед!

Витек повернул ключ зажигания и осторожно нажал на педаль. Внедорожник тронулся, чуть ли не с места набрав приличную скорость. Тело мягко вдавило в кресло.

– О, наш человек, – одобрительно взвыл Афанасий. – Дави, Витя, педальку, дави ее, родимую!

И Витек надавил.

Машина заурчала недоуменно, но послушно рванула вперед.

Дома по бокам улицы смазались в сплошную линию. Водители попутных «жигулей» и «запорожцев», видя в зеркала приближающегося монстра, спешили поскорее убраться с дороги, как куры, гонимые расшалившимся волкодавом.

У Витька захватило дух. Да и кто останется равнодушным, когда сбывается мечта? И пусть не свое, пусть гогочет во все горло рядом пьяный хозяин, но хоть вот так, хоть на малое время, но вообразить, что, наконец – вот оно! Сбылось! Ну, не сбылось, конечно, куда там… Но хоть чужое попробовать, понюхать нагретую кожу салона, ощутить мягкую шероховатость руля, почувствовать, врасти телом в кожано-стальное тело дорогой машины. И когда-нибудь, может быть…

– Нравится, братуха?!!

Витек молчал, горящими от возбуждения и алкоголя глазами следя за дорогой, послушно ложащейся под колеса. Ответа и не требовалось. Достаточно было увидеть глаза водителя. Афанасий посмотрел направо, увидел глаза и усмехнулся.

– А нравится – так забирай!

Взгляд Витька стал напряженным.