Сирена замолчала, стали слышны крики людей, мечущихся между боевыми машинами.

Солдаты притаились, те, кому не хватило места под броней или перед кем просто захлопнули люки испуганные товарищи, побежали к Кремлю, к побитым, исковерканным, рушащимся стенам. К огню, в надежде, что мутанты к нему не полезут.

Первыми ударили автоматы и пулеметы с грузовиков – солдатам в кузовах нельзя было подпустить мутантов к машинам, иначе бой превратился бы в бойню. Башни танков, БМП и бэтээров развернулись навстречу к подкатывающей волне.

Янычар затащил двоих солдат на броню БМП, убедился, что все остальные люки закрыты, после чего спустился в утробу боевой машины сам, как командир подводной лодки перед погружением.

Егорыч, сидевший на месте стрелка-оператора, открыл огонь.

В броню что-то ударило, послышались частые лихорадочные удары.

– Триплексы побьют! – крикнул Петруха с места водителя. – И прицел к чертовой бабушке.

– А ты не стой! – закричал в ответ Янычар. – Ты давай по кругу. По кругу, сильно не рви, на булыжниках и на кишках может занести, так ты попробуй аккуратно. Увидишь, что стреляет кто-то, пройди под пулеметный огонь. Только не под КПВТ…

– Не учи… те, – буркнул Петруха и рванул машину с места. – Вот как горючка закончится.

Егорыч стрелял длинными очередями, мутанты были везде, промахнуться было трудно – все вокруг кишело уродами, они лезли на машины, цеплялись за поручни, пытались добраться до грузовиков, но плотный, хоть и суматошный огонь из кузовов не давал им этого сделать.

Пороховые газы заполнили БМП, запершило в груди.

– Весело тут у вас, – сказал Янычар, откашлявшись.

– Ага, – подтвердил дрожащим голосом один из спасенных. – Обхохочешься. Меня Сергеем зовут, мобилизованный. А он – Рустам. Тоже прибился к военным…

– А что делать? – спросил Рустам. – Никуда ведь не денешься. Кто, кроме военных, тут еще есть?

Рустам развел руками, автомат выпал, Рустам попытался его подхватить, дернулся и, приложившись головой к броне, выругался.

– Не, говорят, что в высотках и просто люди уцелели. В универе, например. – Сергей вздохнул и с опаской посмотрел на люк, в который как раз колотили чем-то металлическим. – Я хотел в университет прорваться, но наскочил на военных, и меня вот… мобилизовали…

БМП занесло, повело боком, гусеницы заскрежетали по булыжникам, и Янычар подумал, упершись рукой в броню, что вот сейчас слетят гусеницы ко всем чертям. Или какой-нибудь трак лопнет, не выдержав. И все, и придется искать новую машину, а это возможные проблемы.

Машина остановилась, снова мутанты стали лупить чем-то по броне, Егорыч торопливо перезаряжал пулемет, несколько пуль ударило снаружи в борт БМП, с визгом отлетели. Кто-то решил поддержать БМП с заглохшим пулеметом или просто стрелял во все стороны, особо не выбирая цели.

– Какого хрена мы тут вообще торчим? – ни к кому не обращаясь конкретно, спросил Янычар.

БМП снова тронулась с места, несколько раз крутанулась на месте. Петруха, в общем, неплохо справлялся с обязанностями механика-водителя.

– А ты не в курсе? – Сергей оскалился в улыбке, как человек, наткнувшийся, наконец, на свежего слушателя. – Антивирус там есть, прикинь!

Снова длинная очередь звонко ударила в БМП. И еще одна.

– Антивирус? – удивился Янычар.

– Ага! Мне один военный сказал – был радиоперехват, эти сволочи в Кремлевском бункере… у них, значит, есть человек, который изготовил антивирус. Или вот-вот изготовит. В общем, если мы их прижмем, то все выживем. Пусть они поделятся, гады.