— Как могли появиться подобного рода травмы?

Алиция Ягелло глянула на прокурора взглядом женщины, которая, несмотря на возраст, в этой жизни повидала многое.

— На эту тему, к сожалению, имеется одна теория, но о ней позже. Давайте задумаемся вот над чем: как такое возможно, что человек, который еще неделю назад ходил гулять по лесу, сегодня выглядит так, что опытный прокурор принял его за старый, немецкий еще скелет.

Девушка улыбнулась Шацкому в знак того, что да, это была подколка, но дружеская. И подошла к столу. Помимо стоящего на газу котла с бульоном там находились еще четыре резервуара: два стальных и два из серой пластмассы. И открытый ноутбук с черным экраном, стоящий в одном ряду с прямоугольными коробками, как будто желавший выдать себя за одну из них.

— Научная истина выковывается в огне экспериментов, — низким голосом произнес Франкенштейн. — И стоят за ней не бумага с карандашом, но раскаленные угли, меха и сила кузнеца.

— И, понятное дело, сила разума, — прибавила Ягелло, но, поскольку она стояла спиной к Шацкому, тот не мог видеть выражения ее лица. — Она подняла крышку стального котелка. — Вот объект наших экспериментов, — сказала девушка.

Прокурор склонился. В котелке было много красного мяса и белых костей. Он вопросительно глянул на ассистентку.

— Я и мои мопсы являемся постоянными клиентами мясника, — сообщил Франкенштейн. — Он сразу же предоставил мне все необходимое. Телячьи голени с коленными суставами, мясом и шкурой, чтобы у нас для наблюдений имелись все ткани.

Франкенштейн, мопсы и их любимый мясник. Шацкий подумал, что это звучит словно название современного романа, в котором огромную роль играет форма, а его автор изобретает язык наново.

— Вы знаете, что такое трупные фермы? — спросила Ягелло.

— На огражденной территории оставляют останки и следят, как происходит разложение в зависимости от географического положения, температуры, погоды, времени года. Полученные данные просто неоценимы для последующего определения времени смерти на месте события.

Ассистента одобрительно качнула головой.

— «Трупная ферма» — это название общеупотребительное, официально же это Центр антропологических исследований. Я полгода работала в Теннеси, где находится самая старая такого рода ферма. Самое интересное, на недостаток трупов они никогда не жаловались. Большую их часть родственники передают для научных исследований, у нас о таком и подумать невозможно. А там многие люди делают заявления о том, что желают, чтобы их останки червяки съели под кустиком ради блага науки.

Ассистентка постучала пальцем по одному из котелков, но это уже было какое-то лабораторное оснащение, из которого торчали какие-то провода и индикаторы. Крышка была плотно закрыта посредством барашковых винтов. По неизвестным для Шацкого причинам посудина слегка вибрировала.

— И с червячков мы как раз и начнем.

— С личинок, — с учительской манерой поправил ее Франкенштейн.

— С личинок мадам lucilii caesar, по-нашему падальницы зеленой обыкновенной, диптеры из семейства мух падальных. Наверняка вы представляете пробуждающую отвращение, громко жужжащую тварь с зеленым панцирем. Весьма полезная маленькая уборщица, которая в быстром темпе съест все, что уродует пейзаж. Экскременты, падаль, какие-то вонючие органические остатки. Да люди должны ей памятник поставить, а не отворачиваться с отвращением на лицах. Муха откладывает яйца в падаль, из яиц появляются личинки, которые потребляют обильную пищу и превращаются в куколок, из которых, в свою очередь, выходят мухи. Но более всего нас интересуют личинки, так как это именно они пируют на мертвых тканях.