— А я? — спросил Черни. — Если Левин рассказал, что происходило в Трущобе много лет назад, то им теперь должно быть известно, какую роль играл там я.

— Само собой. За тобой уже следят. ИРА, а не английская тайная служба. Но пока не нужно суетиться. Свяжись с Москвой. Поставь в известность Масловского. Может быть, он решит нас отозвать. А вечером я еще раз позвоню. Что касается твоего хвоста, то предоставь заботу о нем мне.

Черни вышел. Сквозь щелочку двери Качулейн видел, как Мерфи вынырнул из-за колонны и последовал за ним.

Дверь исповедальни отворилась и громко захлопнулась за священником, покидавшим ее. Старая женщина, убиравшая в центральном проходе, спросила его:

— На сегодня уже все, святой отец?

— Да, Элли. — Гарри Кассен улыбнулся ей, снял с плеч сутану и принялся складывать ее.

Мерфи, не предполагавший, что Черни не собирается возвращаться в колледж, держался от него на порядочном расстоянии. Тот остановился и вошел в телефонную будку.

Пробыл он там недолго, и Мерфи, вставший под дерево, будто ища укрытия от дождя, снова отправился следом.

Неожиданно у тротуара остановилась машина, из нее вышел священник и принялся рассматривать правое переднее колесо. Он обернулся, увидел Мерфи и спросил:

— Извините, вы не могли бы помочь мне?

Мерфи замедлил шаг и ответил:

— Извините, святой отец, но я спешу.

Тут рука священника легла на его руку, а под ребро больно уткнулось дуло пистолета.

— Ну-ка тихо. Вот и молодец. Давай вперед!

Кассен повел его вниз по каменным ступеням к полуразрушенной деревянной пристани. Они шли по рассохшимся доскам, которые скрипели у них под ногами. Наконец Кассен и Мерфи оказались в будке лодочника с провалившейся крышей и дырами в полу. Мерфи не чувствовал страха, он был начеку и ждал своего шанса.

— Вот мы и на месте, — сказал Кассен.

Мерфи остановился спиной к нему, держа руку на рукоятке автоматического пистолета в кармане плаща.

— Вы действительно священник? — спросил он.

— Конечно, — откликнулся Кассен. — К сожалению, не особенно хороший, зато настоящий.

Мерфи осторожно повернулся, вынул руку из кармана, но поздно. «Вальтер» дважды щелкнул. Первая пуля ударила Мерфи в плечо, после второй он рухнул в дыру в полу и исчез в черном омуте реки.

Дмитрий Лубов, торговый атташе в советском посольстве, на самом деле был капитаном КГБ. Получив сигнал от Черни, он отправился в кинотеатр в центре города. В дневное время сюда мало кто заглядывал, поэтому в зале было уединенно и достаточно темно. Он сел в последний ряд и стал ждать Черни, который появился минут через двадцать.

— Что-нибудь срочное, Павел? — спросил Лубов. — Ведь мы редко встречаемся в неурочные дни.

— Более чем срочное, — ответил Черни. — Качулейна раскрыли. Нужно как можно быстрее сообщить Масловскому. Вполне возможно, что нас придется отозвать.

— Само собой разумеется, — озабоченно произнес Лубов. — Тогда поспешу в посольство и сразу же займусь твоим делом. Но обрисуй ситуацию подробнее.

Когда зазвонил телефон, Девлин в своем домашнем кабинете просматривал дипломную работу студента, посвященную Томасу Стерну Элиоту.

— Это настоящее свинство, — выпалил Фергюсон. — Кто это у вас там болтает? Как выясняется, ваши чистоплюи из ИРА не самые надежные люди.

— Словесные выражения силы на меня не действуют, — ответил Девлин. — Чего вы хотите?

— Гарри вам рассказывал о Тане Ворониной? — спросил Фергюсон.