— В нашем положении, полковник, есть и положительные стороны, — возразил майор Бойд.

— Не спорю, они есть, — согласился Адамс. — Нас гораздо труднее расшифровать. Ведь тот же Маркс назвал такие признаки, по которым можно распознать нашего работника среди «чистых» дипломатов, что весь мир просто руками развел: до чего же все просто. Посольское прикрытие оказалось до невероятности прозрачным. Это и отдельные помещения с шифровыми замками, за которыми сидят наши коллеги. Иная, нежели у настоящих дипломатов, система социального страхования. Стремление сотрудников разведывательного управления собираться вместе, отдельно от других дипломатов. Профессиональная привычка держать радио в кабинете включенным, чтобы препятствовать подслушиванию. Наконец, сама должность, на которую назначают нашего парня, уже расшифровывает его, ибо ребят из управления определяют, как правило, в группу политических советников. В «Биографическом справочнике» или в «Списках сотрудников дипломатической службы», которые регулярно издает государственный департамент, он числится «аналитиком» по армейским, военно-морским или военно-воздушным проблемам. Вычислить такого «аналитика» не составит труда и для студента-первокурсника.

— Мне говорили в Лэнгли, что у русских контрразведчиков есть даже ведомости на зарплату всем сотрудникам нашего управления, — сказал Малютка Джек.

— Нисколько не сомневаюсь, — ответил Хортен-старший. — Надеюсь лишь, что русские не сообразили еще о нашем проникновении в морские агентские фирмы, которые обслуживают их торговый флот, и такие снабженческие конторы, вроде нашей… Но я и не удивлюсь тоже, если сейчас, пока мы с вами сидим у старика Морини, какой-нибудь полковник Иванов просматривает наши с вами досье, дорогой мой «брат», синьор Хортен-младший.

XX

За полгода до описываемых событий в южный порт на Средиземном море, где располагалась уже знакомая нам шипчандлерская фирма «Паоло Хортен и братья», обеспечивающая корабли торговых флотов разных стран продовольственным и техническим снабжением, вошел недавно спущенный на воду советский теплоход «Калининград».

Пассажирский лайнер шел в первый средиземноморский круиз. Его гостями были рабочие и инженеры судостроительного завода, на котором и был построен «Калининград» — совершенство корабельной техники и советского дизайна.

Среди остальных членов экипажа в судовой роли «Калининграда» значился и Аполлон Борисович Свирьин. До назначения на этот теплоход Свирьин работал на пассажирском лайнере «Советский Крым» в должности подшкипера, первого помощника судового боцмана, который отвечает за снабжение судна краской, кистями, такелажным снаряжением, замещает боцмана в его отсутствие и вместе с ним управляет матросами палубной команды.

Поэтому распоряжение старшего помощника капитана Ларионова не застало Свирьина врасплох.

— Вот что, Аполлон Борисович, — сказал подшкиперу Арсений Васильевич, — мы закажем у фирмы «Паоло Хортен» все необходимое для покрасочных работ в следующем рейсе, когда пойдем с иностранными туристами в Атлантику.