— Все равно — фантастика, сусальная сказочка!

— Ну ладно, для сугубых скептиков открою еще одну дверку. Ты знаешь, каково состояние русских царей в золотых слитках, в ценных бумагах и так далее? Я наводил справки. Его размеры превышают все наличные запасы европейских держав. Объявись вдруг совершенно законный наследник русского престола, и европейские банки лопнут, как надувные шарики, со свистом, а подгнившая Америка съедет одним боком в океан. Если Денис законная наследница этих триллионов, да еще и не догадывается об этом, ты представляешь, какой куш сорвал Вараксин, женившись на ней, хотя и фиктивно?

— Как фиктивно?

— Да, чтобы незаметно для спецслужб ввезти ее в страну.

— Ну, ты и подлец, Ляга. Чаровать меня сказками о царе, помазаннике Божьем, о молитвеннике за Русь святую… Я уже почти поверил тебе, а тут, оказывается, только золотым дерьмом пахнет! Нет, тут что-то не так. Зачем Рубену мифические сундуки с золотом. Ему и своих никогда не прожить. Ему нужна Денис! Но зачем? По-моему, ты был близок к разгадке, Ляга… Денис — это возможность овладеть одной шестой частью суши не с помощью насилия, подкупа и поголовного оболванивания населения, а завладев сердцами и умами, всего лишь подарив надежду…

— И эту сказку можно сделать былью. Ты же знаешь, что политику делают деньги. Великий политик и полководец Наполеон, был, как это сейчас говорят, еще и прекрасным хозяйственником и после поражения Франции оставил полную казну, тогда как победившая Англия оказалась в паучьих лапах Ротшильдов, вся с потрохами. Так вот, он утверждал, что для достижения успеха в каком-либо деле нужны три вещи: во-первых, деньги, во-вторых, много денег, в-третьих, очень много денег. А мы от себя добавим, для этого нужны еще связи и подлинная информация. Вот информацию-то у нас и украли. Без этих страниц Денис будет трудно восстановить свою родословную. Хотя у нее должны быть династические реликвии? Какой-нибудь талисман, как перстень Чингисхана…

— Кто еще знал о тетради?

— Я и Лина. Она же вела ремонт. Строители не в счет. Обычные работяги.

— Ляга, у меня есть подозрение, что твоя благоверная — суперагент. Везде успевает.

— Да нет, ты преувеличиваешь ее недостатки…. Ее ничего кроме тряпок никогда не интересовало, да еще за границу проволокнуться за мой счет. Вот и вся Лина.

— Свет грабители вырубили?

— Они. Давай посвечу, а ты починишь. С детства боюсь электричества.

Мы восстановили свет и осмотрели квартиру. Архив шефа жандармов оказался основательно разворошен. Грабители порылись и в основных залежах, наследии ЧК и царской охранки. Исчезли материалы по делу профессора химии Филиппова и еще несколько секретных папок.

— Значит, Денис не знает, кто она? — я все еще не мог забыть рассказ Ляги.

— Ее всегда держали в неведении. Росла она без родителей, до семнадцати лет в особом пансионе в Швейцарских Альпах. Заметь, Швейцария — центр мировой паутины. Содержали будущую «белую царицу» более чем скромно, я наводил справки. Одна пара обуви на сезон, пальтишко на два года. Первый год — велико, второй — мало.

— Ладно, не об этом сейчас голова болит… Ну что? Милицию вызывать будем или же сами разберемся?

— Сами, давай лучше сами…

— Хорошо, а где сейчас Лина?

— Купила два этажа в доме на Морской, наверное, любовника завела, а может, и любовницу, у них в агентстве сплошной кобелизм.

— Адрес знаешь?

— Нет…

— Слушай, Бледный Лис, — через несколько минут промямлил Ляга. — А давай не будем трепыхаться.