-  Не смогу, - отказался я. - Мне нужно попробовать ваших полонян догнать. Я тебе денег оставлю, сходи в соседнюю деревню и подряди мужиков.

    -  А у тебя, что деньги есть? - вдруг заинтересовался он.

    -  Есть немного, но все тебе отдам, - ответил я, начиная опасаться крестьянской жадности. Засну, а он врежет дубиной по голове и ищи ветра в поле.

    -  С деньгами пешковские мужики точно помогут, - пробормотал. - Видать тебя сюда сам Господь послал.

    У меня такой уверенности не было, хотя кто знает, все мы под Богом ходим.

    -  Ладно, баня, наверное, готова, пойдем мыться.

    Я разделся снаружи, зачерпнул ведром воды из бочки, и мы ощупью спустились в землянку полную угара и испарений влажной земли. Сориентировавшись, я выплеснул половину ведра на камни очага. Они угрожающе зашипели и в лицо ударил столб пара. Какое-то время мы потели, потом обмылись холодной водой и вернулись наружу. Долго оставаться в угарном помещении я не рискнул.

    -  Хороша банька, - похвалил старик.

    -  Да, конечно, - согласился я, хотя ничего хорошего в ней не увидел. Однако даже такая сомнительная водная процедура был лучше, чем ничего.

    -  Давненько так славно не мылся, - бормотал между тем старик, надевая на себя заскорузлую сермягу.

    -  Ты где ночуешь? Здесь? - спросил я, с удовольствием вдыхая прохладный чистый воздух, не отравленный здесь трупными запахами. Потом поднял голову вверх. На небе сияли яркие августовские созвездия.

    -  Здесь у костра. К утру станет холодно.

    -  Ладно, дед, тогда давай разжигать костер и ложиться. Завтра будет тяжелый день.

    -  А деньги ты мне, когда дашь, сейчас или после? - неожиданно спросил он.

    -  Утром дам, ты не бойся, я не обману.

    -  Мало ли что до утра может случиться, дал бы сейчас, а я по холодку бы в Пешково и пошел.

    -  Как пошел, ночью?

    -  Так что ночь, она для всех ночь. Днем, поди, еще встретишь лихих людей, они все и отберут. Я старик старый, куда мне с молодыми силой тягаться, А ночью все спят, да и прохладно. Как-нибудь дорогу найду, я здешние места назубок знаю!

    -  Так может быть ты, и нечистый лес знаешь и тамошние болота? - живо заинтересовался я.

    -  Как можно, не к ночи будь, помянуто! - испугался он. - Мне в те места ходить заказано! Там, тьфу, тьфу, тьфу, - плюнул он через левое плечо, - всякая нечисть обретается. Туда православному человеку хода нет! И сам не пойду и тебе заказываю. Коли хочешь живым остаться и свою душу спасти, туда не ногой!

    -  Ладно, как скажешь, - разочаровано согласился я, - а пока давай разведем костер, да поужинаем, у меня есть кусок пирога. Потом можешь уходить.

    Дед не возразил, хотя чувствовалось, что ему не терпится поскорее получить деньги. Когда я встал, он тоже поднялся и пошел собирать дрова для костра. Мы приготовили топливо, я принес из бани уголья, а он взялся разводить костер. Делал он это значительно сноровистее меня. Скоро тот разгорелся, и я вытащил остаток пирога. Полкан, доселе мирно спавший, тотчас поднял голову. Однако на этот раз ему ничего не досталось. Старик жадно вцепился остатками зубов в свою часть куска. Так что наша скудная трапеза продолжалась всего несколько коротких минут.

    Пока дед был занят едой, я выудил из кармана три серебряные монеты.