И только тут до меня наконец-то дошло, КТО стоял передо мной. Я попытался проверить старика своими магическими чувствами, но у меня ничего не получилось. Он был для меня непроницаем, как гранитная скала, и в то же время прозрачен и невидим, как вакуум. И это было не удивительно: ведь, заснув в священной роще, я отдал себя во власть духа древнего мага. Фактически, сейчас я как будто бы находился в его майе. Я сразу вспомнил все предостережения Маркандеи и почти пожалел, что решился на эту встречу. Однако отступать было поздно…

    - Здравствуйте, Двуликий Янус!

    - Ну, здравствуй, Калки!

    - Вы знаете мое имя?

    - Конечно! Ведь ты совсем недавно посещал меня вместе со своей матерью Сильфитой.

    - Недавно? Я этого не помню!

    - Ну да, конечно, ведь ты же находился в ее утробе, и тебе было всего-то шесть месяцев от зачатия.

    - А-а-а! - только и мог протянуть я. Конечно, для древнего мага, прожившего не одну тысячу лет, понятия «давно» и «недавно» сильно отличались от моих.

    Янус, или, вернее, его дух в моем сне, сел на скамейку и по-хозяйски предложил:

    - Присаживайся, Калки!

    Я устроился на дальнем конце скамейки, как будто эта дистанция между мной и духом Януса могла уберечь меня от опасности.

    - Я рад, Калки, что ты решил навестить меня, перед тем, как я обрету окончательный покой. Однако я подозреваю, что твой визит - это не просто вежливость. Наверное, ты хочешь что-то спросить у старого мага?

    - Вообще-то, мне показалось, что это вы меня зовете к себе. Картинка в моем альбоме настойчиво привлекала мое внимание к этому месту, и Маркандея сказал мне, что…

    - Ох уж этот Маркандея! - со смешком перебил меня Янус. - Он считает, что все про всех знает и потому имеет право судить и поучать.

    - Он не так уж много судит и поучает, - вступился я за Вечного Ребенка. - От него я узнал много полезных сведений. Именно он помог мне пролететь над горой Меру и заявить о себе, как о законном маге по крови.

    - Да, Маркандея всегда настаивал на строгом соблюдении законов. Он так и не расстался с юношеским идеализмом и максимализмом. Я много раз говорил ему, что он слишком рано начал принимать эликсир бессмертия. Но он отказывался, считая, что сохраняет свою детскую душу незапятнанной взрослым рационализмом. Наверное, Маркандея предостерег тебя и рассказал, что я - древний злой маг, эгоистичный и циничный, использовавший могущество для удовлетворения своих низменных страстей?

    - Нет, Маркандея только сказал мне, что любая встреча живых с умершими может быть опасна, - честно признался я.

    - И это все? - удивленно спросил Янус.

    - Еще он говорил, что вам ведомо прошлое и будущее, потому-то вас и называли Двуликим. И что ваш дух - это не сами вы.

    Янус улыбнулся:

    - Тогда понятно, почему Маркандея перестал меня опасаться. Он считает, что, уйдя из живого мира, я тем самым отчасти согласился с его точкой зрения. Но он по-прежнему не прав. И, оставаясь Вечным Ребенком, он никогда не сможет понять настоящих магов.

    - Честно говоря, я тоже вас сейчас не понимаю. Маркандея ничего не рассказывал мне о ваших взаимоотношениях.

    - В этом нет никакого секрета. Наш спор древен, как древен сам род магов по крови. Одни считают, что наш дар предназначен для служения людям и прочим живым существам. Другие - что он позволяет нам возвыситься над смертными и править ими. Маркандея, как ты понимаешь, придерживается первой точки зрения, а я - второй.