Изменить размер шрифта - +
Калейдоскопом проносятся картинки, кожа покрывается мурашками от ужаса, от отвращения и ненависти к себе. Маркус сглотнул ком, он впитывал ее образ, его глаза кричали, вопили о прощении и раскаянье, но она не реагировала. Он шел к ней, не зная боли, глотая слезы, пытаясь сдерживать эмоции и дрожь. Она была спокойна, но он знал, чего стоит ей это спокойствие, пальцы до посинения сжимали сумку, нижняя губа чуть подрагивала. Боже, он не знал с чего ему начать, да и вообще имеет ли он права даже подходить к ней?! Он не знал, где взять сил, чтобы произнести первое слово. Он нервничал, колени подгибались от волнения. Она такая родная, так близко и так далеко от него! Он чуть не застонал от тоски, точившей его сердце словно яд. Казалось, протяни руку и вот она, но это была иллюзия — их разделяли километры боли, непонимания, жестокости!

Он говорил, слова лились из него потоком, но Анна обрывала его, била по нему. Маркус терпел, он знал, что заслужил, он знал, что она права, хот ь и душа разрывалась от того, что ничего нельзя изменить, от того, что ничего нельзя вернуть! От того, что он потерял самое ценное в жизни! Он терял контроль, чувства захлестывали его, как и ее. Они были на грани. Сможет ли он когда-нибудь простить себе то, что он сделал с ней, с сыном и с собой?! Никогда! Единственным утешением служила она. Его любимая девочка, его ангел! После всей грязи и мерзости она не сломалась. Она сильная, она все смогла, она сильнее их всех, скотов и ублюдков! И он ничем не заслужил ее. Он никогда не был достоин этой женщины и никогда не будет. Но и эта сука тоже! И будь он проклят, если оставит все как есть! Он узнает об этом козле все!

Маркус готов был орать от обжигающего его чувства безысходности и бессилия, каждую ночь он не спал, представляя, как эта скотина прикасается к ней. Он метался как зверь в клетке, закусывая губы до крови, разбивая все что попадалось под руку. Господи она всегда была его! Только его! Он сам толкнул ее на это! Боже! Он стонал, хрипел от боли и разъедающей его горечи. Маркус готов был сорваться к ней, вырвать ее от туда, прижать и никогда не отпускать от себя. Что может быть хуже чем знать, что твоя любимая женщина принадлежит другому, что ему позволено ее целовать, прикасаться к ее телу, ласкать, заниматься любовью. Маркус до боли стискивал челюсть, пытаюсь унять бешенство и гнев, которые загорались в его душе. Ему казалось он сходит с ума, ревность душила его. Каждую секунду он готов был убить ублюдка, расчленить. Но он глушил в себе эмоции. Сейчас не время! Он понимал, что Анна просто прячется за браком с этим козлом от него, ее страх резал по живому, бил по больному, но он готов терпеть все что угодно от нее. Только отдать ее Маркус никому не мог! Она принадлежит ему и ничто этого не изменит! Ему об этом даже говорить не надо, он все видел по ее глазам, по ее слезам, пусть она его ненавидит, пусть боится, но все равно любит его, жестокую, безнравственную скотину! Даже мать не любила его так, как она! Да и мало какая женщина способна на такую любовь! А она любила, даже когда втаптывал ее в грязь, даже когда искалечил ее плоть, ее душу! Даже когда лишил ее самого ценного! И пусть нет ему прощения, но он лучше сдохнет, чем отпустит ее или отдаст другому! И тем более этому мутному ублюдку!

Сразу же он позвонил лучшему частному детективу, чтобы тот в короткие сроки нарыл ему все подноготную Райли, вплоть до того, когда эта сука срет. Но спустя неделю детектив заявил, что Райли чист, как ангел небесный, только вот биография этой тварины до двадцати четырех лет полностью отсутствует. Это и настораживало. Маркус негодовал — он должен знать об этом ублюдке все! И в общем то вопрос стоял только в цене, когда и это было решено, ему оставалось только ждать результатов. Сам же он занялся тем о чем мечтал с момента, как увидел эту шлюху на экране, настало время мстить! Его душа жаждала крови! Он с упоением предвкушал, как будет зубами, голыми руками рвать этих скотов. И начал он с Сэма.

Быстрый переход