– А ты ещё кто такая, а? – в голосе послышалось удивление.

– Я – новая секретарша. Кто говорит?

– Кто-о?! Новая секретарша? Ни хрена себе! – Тут я услышала, как он, закрыв трубку, стал что-то быстро говорить. Доносились неразборчивые, приглушённые голоса, кто-то с кем-то спорил. Потом мой собеседник поднёс трубку ко рту и как-то не очень уверенно спросил:

– И давно ты у него работаешь?

– С сегодняшнего дня, – охотно пояснила я и добавила своё излюбленное:

– А кто это говорит?

– И где он тебя надыбал? – гнул своё бандит. – По объявлению, что ль?

– Ещё чего не хватало – по объявлению, – презрительно выдала я. – Я его давняя подруга, между прочим. Кто говорит?

– Подруга, говоришь… – задумался бандюга. – Это уже становится интересным.

Я испугалась, не сболтнула ли что лишнее, и уже хотела сказать, что пошутила, но он опередил меня:

– Скажи этому педику, чтобы сегодня к вечеру готовил бабки.

– Педику? Вы ошибаетесь, дорогой. У него совершенно нормальная сексуальная ориентация…

– А тебе это откуда известно? – ехидно спросил он. – Все с тобой ясно, милашка. Короче, передай своему трахарю, что шутки кончились. Или мы грохнем Ольгу, или он отдаст наши бабки. Через полчаса я перезвоню и сообщу место.

Он бросил трубку, а я ещё с минуту продолжала смотреть на неё, снедаемая мыслью, что натворила нечто непоправимое. Но долго раздумывать было некогда. Набрав номер босса, я выложила ему содержание беседы и получила указание уговорить клиента отдать шантажистам требуемую сумму. Мол, потом, когда мы их поймаем, деньги все равно к нему вернутся и все будут довольны и счастливы. В моем заявлении бандитам о старой интимной дружбе с президентом он не увидел ничего особенного, и я успокоилась. После этого зашла к Алексею.

Он сидел за огромным столом с компьютером, телефонами, факсом и кипой документов и задумчиво смотрел в окно, за которым уже начинало темнеть и накрапывал дождик. Круглое лицо его было бледным, сильно осунувшимся за последние часы, глаза поблекли, и даже костюм казался слегка помятым. Видать, испереживался бедняга.

– Ну? – Увидев меня, он встрепенулся, суетливо зализал остатки волос на лбу и кисло улыбнулся.

– Все нормально, – бодро доложила я. – Они звонили.

Губы его нервно дрогнули.

– И… что?

– Сказали, что ещё перезвонят и скажут, куда нужно принести деньги.

– Какие деньги?! – заверещал он своим противным голосом, ударив кулачком по столу. – Я же сказал, никаких денег они не получат!

– А что это вы на меня кричите? – спокойно спросила я. – Вот встретитесь с ними сегодня вечером, тогда и будете кричать.

Он остолбенел.

– Зачем это я с ними буду встречаться? Не собираюсь я этого делать.

– А придётся, – я уселась на стул и посмотрела ему в глаза. – Босс сказал, что вы должны для виду согласиться на их условия. Нужно собрать деньги и отвезти их, куда они скажут. Там мы их и поймаем.

– А вот это ты видела? – И он сосредоточенно начал скручивать свою неуклюжую фигу, намереваясь, очевидно, опять сунуть её мне под нос. Так оно и произошло. – Вот вам, а не мои денежки!

Естественно, что терпеть подобное, да ещё во второй раз, я была не намерена. Ловко ухватив его за кончик большого пальца с узким отполированным ногтем, я крутанула его по часовой стрелке. Что-то громко треснуло в суставе, и наш клиент взвыл.