Не успела я опустить трубку на рычаг, как аппарат снова задёргался. Я взяла трубку и сразу услышала знакомый голос бандита. На этот раз в нем уже не было насмешливых ноток, он был очень серьёзен:

– С кем это ты там треплешься, красавица?

– Кто это говорит? – завела я свою нудную песню.

– Ты сама прекрасно знаешь. Деньги готовы?

– Да. То есть не совсем – нужно ещё раз пересчитать и по пачкам разложить.

– Дрогнуло сердце Гобсека, значит? – голос потеплел. – Это хорошо. А теперь слушай меня внимательно. Сумка на «молнии»?

– Да.

– Тогда зашей её нитками. И никаких ментов. Через полтора часа ты лично привезёшь деньги на «Щёлковскую». Пусть тебя кто-нибудь из охраны подбросит до автовокзала на комовской машине и останется в ней. Ты поднимешься на второй этаж автовокзала, там найдёшь бар и тормознёшь у стойки. Сумку поставишь на пол и забудешь про неё. Когда мы их заберём и проверим, то отпустим Ольгу, она сядет в вашу тачку, и можете быть свободны. Все поняла?

– Нет. А где гарантия, что вы её отпустите?

– Что, у Комова совесть заиграла? – усмехнулся шантажист. – Давно пора… Отпустим. Эта истеричка нам тут на фиг не нужна. И без шума, поняла?

– Да.

И я услышала короткие гудки…

Целый час я сидела в чужой приёмной и вырезала из старых бухгалтерских отчётов, которые нашла в шкафу, бумажные прямоугольники. Потом складывала их в пачки и обворачивала бумажной ленточкой. Получались как настоящие. Хорошо, что в моем кошельке нашлось несколько долларовых купюр разного достоинства и я сунула их сверху для вида. На две пачки не хватило, но Алексей, который время от времени высовывал свой нос из кабинета и молча наблюдал за моими приготовлениями, наотрез отказался выдать мне даже под расписку четыре бумажки по десять баксов, заявив, что этим грязным подонкам не желает отдавать ни цента. Это уже смахивало на маразм, но я промолчала. Слава богу, что он ещё согласился дать свою машину и двух Охранников выделил – Володю и ещё одного рослого парня по имени Костя. Наконец в начале седьмого мы сели в машину и тронулись в путь. Оба охранника были бледными и очень серьёзными. Костя сидел за рулём, Володя рядом с ним, а я сзади, держа на коленях небольшую спортивную сумку темно-синего цвета с зашитой «молнией».

Перед этим я два раза разговаривала с боссом. Он вытащил из меня все малейшие детали разговора с бандитом, по пять раз переспросил и в конце концов заявил, что волноваться мне абсолютно не о чем. Если похитители настаивали, чтобы я ехала на машине Алексея, значит, именно по ней рассчитывали узнать меня, а потом проследить до бара. В баре, по замыслу Родиона, уже будет находиться парочка его людей под видом обычных забулдыг. Они ничего не будут предпринимать, а лишь проследят за теми, кто возьмёт сумку с деньгами, а потом накроют всех остальных. Ольга скорее всего тоже должна будет находиться где-то в районе автовокзала, поэтому всю территорию на всякий случай будут держать под контролем. От меня требовалось лишь в точности выполнить все то, что говорил бандит. И никаких лишних движений и личных инициатив. Пусть думают, что Комов испугался за жизнь своей секретарши и пожертвовал своими драгоценными деньгами.

А его глупая подружка покорно притащила деньги.

Говоря все это, босс уже довольно посмеивался, предвкушая, видимо, скорую и лёгкую победу и беззаботное существование нашей фирмы с дармовыми скрепками и бумагой в течение ближайшего полугодия. Меня же глодали какие-то смутные сомнения, которые я никак не могла ухватить за кончик, чтобы вытащить на свет божий, рассмотреть и понять, что они конкретно собой представляют.

Скорее это были даже не сомнения, а дурные предчувствия.