Меня подтолкнули в спину и подвели к стоящей прямо за нашими «Жигулями» неизвестной породы иномарке с московскими номерами, которые я автоматически зафиксировала в памяти. Хотя что-то подсказывало, что в этом уже нет никакой необходимости – меня прикончат прямо в этой машине, едва только раскроют сумку.

Оказывается, эти мерзавцы все это время ехали за нами и лишь выжидали удобный момент, чтобы выскочить и перехватить заветную сумочку. Зачем им понадобилась я – оставалось пока загадкой.

Впихнув меня на заднее сиденье, мой «провожатый» сел рядом, а другой запрыгнул вперёд, на пассажирское сиденье. За рулём сидел ещё один, но в темноте я его не рассмотрела. Машина тут же плавно тронулась, бесцеремонно выехала на тротуар, пересекла его, распугивая пешеходов, и нырнула в проем между двумя домами. Поплутав минут десять в полном безмолвии по дворам, мы выехали на какую-то улицу, которую я не нашла бы потом, даже если бы меня начали пытать раскалённым железом, и помчались меж каких-то строек по безлюдной дороге куда-то в ночь, прочь от света и центра Москвы…

В машине было тихо и тепло, мерно гудел кондиционер, шума двигателя почти не было слышно, за плотно закрытыми окнами свистел ветер, и только выныривавшие время от времени из темноты встречные автомобили заносили внутрь салона громкий шум, тут же смолкавший где-то сзади. Трое моих похитителей упорно молчали. Лишь сидевший спереди урка негромко насвистывал что-то непонятное, напоминающее молдавские песни. По значку на красиво светящейся передней панели я определила, что это «Опель», но легче от этого мне не стало.

Сумка все так же лежала у меня на коленях, и никто даже не попытался в неё заглянуть. Примерно через полчаса, когда мы уже выехали за город и неумолимо приближались к неизвестному месту, где надо мной должны будут учинить расправу, мне даже стало обидно. Я столько сил положила, так старалась, делая эти чёртовы «куклы», а они даже посмотреть не хотят!

Но, так или иначе, я немного успокоилась, расслабилась, устроившись поудобнее, закрыла глаза и стала думать о том, что сейчас делает Родион. Мне, конечно, хотелось, чтобы он рвал и метал, дико вращая глазами, размахивая руками и страшно рыча от злости. Но это наверняка было не так. Скорее всего он лишь досадливо поморщился, узнав, что бандиты перехватили его секретаршу по дороге на автовокзал, свернул всю операцию и поехал домой, к своей Валентине.

Его спокойствие в такие моменты меня порой просто бесило. Хотя все верно, криком тут уже не поможешь. Нас обставили, как младенцев, и с этим приходится мириться. Как бы босс сейчас ни метался, на след похитителей все равно бы не вышел, потому как никаких зацепок у него нет. Теперь только я одна на всем белом свете знала, где находятся бандиты и где можно искать секретаршу Алексея.

А значит, мне опять придётся выкручиваться самой и «выкручивать» бедную Ольгу, томящуюся сейчас в заточении. Я была уверена, что она находится именно там, куда меня везут. Собственно, а где ей ещё быть?

Вдоль дороги мелькали какие-то деревни, небольшие городишки, и мы проскакивали их, не сбавляя скорости. В конце концов, отъехав километров тридцать или сорок, по моим расчётам, трудяга «Опель» сбавил ход, свернул с шоссе и затормозил у какого-то частного дома, стоявшего на отшибе. Ворота были открыты, машина с ходу скатилась по насыпи в тёмный двор и наконец остановилась. Водитель заглушил мотор и выключил фары. Вот и приехали.

Дом был очень старый, деревянный, с покосившимися ставнями, меж которых светились маленькие прямоугольники завешенных цветными занавесками окон. Слева темнели какие-то постройки.

– Вытаскивай её. Крест, – весело проговорил урка, выбираясь наружу. – А я пойду отолью.

– Опять приспичило? – усмехнулся мой сосед, открывая дверь.