Мне всё это всегда казалось невозможным в реальном мире, я думал, что всё это происходит в другой реальности.

И вот я здесь, в этой реальности, и, едва выйдя из лифта, вижу, как какая-то молодая потасканная девчонка в коридоре вводит себе что-то в вену. А рядом покуривают двое парней со слегка странным видом, словно они только что вышли из душа и чересчур расслаблены.

Сам холл серый, едва ли не чёрный от грязи, и те длинные лампы дневного света, что здесь есть, радуют миганием и тусклыми лучами, с трудом разгоняя полумрак. Слышу плач детей, слышу недовольные крики каких-то женщин, ругань, споры мужиков, звон посуды, которые складываются в общую симфонию жизни дома.

— Ставлю целую сотню, если дашь ей доллар, она тебе отсосёт, — толкнула меня локтём в бок Сирень, оскалившись. — А за двадцатку так вообще сможешь сделать с ней всё, что угодно.

— Если хочешь, то вперёд, но я как-то не горю желанием обкалывать себя потом ещё неделю пенициллином.

Мы практически сразу свернули на лестницу и поднялись на этаж выше. Здесь нас уже поджидала дверь, о которой говорил Алекс. Обычная ничем не примечательная дверь, если не учитывать того факта, что она закрыта. В углу сбоку от двери висела массивная камера местных охранников, которые, по идее, сейчас нас видели.

— Понеслась… — пробормотал Малу и постучал.

Как только он это сделал, дверь тут же приветливо открылась, и за ней показался такой здоровенный бугай в майке и семейниках, обколотый татуировками. Он лишь взглянул на нас, после чего отошёл в сторону, пропуская. Едва мы вошли, дверь за нашими спинами закрылась. Теперь путь был один, вперёд, потому что просто так нас вряд ли выпустят, и тут не скажешь, что мы ошиблись дверью.

— Чо в сумке, парень? — спросил другой мужчина, худой настолько, что виднелись кости, сидевший на табуретке сбоку. На его коленях недвусмысленно лежал старый добрый АК. Помимо него, напротив двери стоял ещё один человек, парень примерно возраста Малу с дробовиком в руках. Бугай тоже вытянулся за нашими спинами — я невольно обернулся и увидел в его руки пистолет. Какое гостеприимство…

Малу лишь раскрыл сумку, показывая содержимое.

— Мы за товаром, — ответил он спокойно.

— Понятно… Мы посмотрим, чо у тебя в карманах, парень, не против? — поднялся охранник со стула, облокотив автомат на стену.

— Как я могу вам отказать? — лишь усмехнулся он, расставив руки в стороны и позволяя себя ощупать. То же самое сделали и мы. В любом случае ни стволов, ни ножей у нас нет, так что и беспокоиться не о чем.

Очень быстро и по-деловому нас проверили, хотя Сирени явно досталось больше.

— По-вашему я могла запихнуть ствол себе в сиськи? — поморщилась она, когда молодой парень её ощупывал.

— Это лишь проверка, — прогудел тот, однако не думаю, что Сирень стала бы врать. У меня появилась уверенность, что при первой же возможности она снесёт ему голову.

Меньше минуты, и мы втроём были отпущены с миром.

— Приятных покупок, детки, — кивнул нам охранник и вернулся к себе на табуретку.

Никто из нас ему не ответил.

Глава 17

Я знаю, почему сюда никто не нагрянет.

Первое — никто не знает, второе — это никому не нужно, третье — связи. Не только кланы и дома платят за безопасность. Учитывая такой трафик товара, можно предположить, что они достаточно отстёгивают, чтоб на них не бросались полицейские. Конечно, мог бы сдать и клан, но подозреваю, что или это замнут, или их предупредят, и банда быстро съедет отсюда ещё до того, как кто-то придёт их брать.