Три выстрела расчистили ему дорогу и устранили самых резвых врагов. Он смог прорваться к двери и выскочить на улицу. Страх быть растерзанным заставил даже временно забыть о боли в колене, он пробежал ярдов пятьдесят, прежде, чем смог выбрать правильное направление. Сверху улицы смотрелись иначе. Туда, точно. Снова побежал, теперь уже хитрым зигзагом, стараясь не натыкаться на агрессивных кадавров, которых на улице хватало с избытком.

Снова стрелять пришлось на углу, тут уже деться было некуда, на него бросилась угольно чёрная псина с оскаленными клыками, встретил её выстрелом в прыжке, попал удачно (снова удача, но вечно это продолжаться не может), тварь откатилась в сторону, освобождая дорогу.

Ещё один поворот, и он почти упёрся в толпу нежити. Все медленные, едва передвигаются, зато их чертовски много, и стоят они плотно. Прорваться точно не сможет. У него ещё семь патронов, не хватит, чтобы пробить дорогу. И назад нельзя, там ждут.

И тут спасительным гимном прогремели выстрелы из винтовки. Один, другой, третий. Стрелял дядя почти без перерыва, благо, винтовку перезаряжать не нужно, а с меткостью у него проблем не было никогда. Каждая пуля попадала точно в голову, мертвецы ложились один за другим, когда магазин закончился, ушло три секунды на перезарядку, и снова началась стрельба. При этом Бутч до сих пор не определил, откуда ведётся огонь. Но это было и неважно. Главное, что путь свободен, да и нежить резко переключила своё внимание на новую цель.

Он рванул вперёд, испуг прошёл, а теперь навалилась боль и усталость. Двигался он не быстрее обычного пешехода, но этого хватило, чтобы добежать до конца улицы. Там он сначала увидел летящий в него дробовик, который бодро поймал на лету, а уже потом разглядел Джея. Охотник торчал по пояс из машины с люком наверху и, пристроив винтовку на сошках, старательно прореживал вражескую армию.

– Заряжен? – только и спросил Бутч, подбегая к машине.

– Доверху, и патрон в стволе, – дядя снова сменил магазин, убирая пустой в карман формы. – Думаю, нам пора уходить.

– Уходим в убежище? – Бутч, пользуясь минутой отдыха, восстанавливал дыхание и заряжал револьверы.

– Не напрямую, не хочу выдавать его врагам. Пойдём по соседней улице, там ещё какая то заварушка, хочу посмотреть.

На бегу Джей выдал племяннику горсть револьверных патронов, позаботился заранее. Теперь их совокупная огневая мощь позволит пробиваться через куда более плотные заслоны.

Заварушка происходила не на соседней улице, а через два квартала. Тоже орда вялых мертвяков, тоже какие то малопонятные четвероногие, вроде койотов, только чёрные. А ещё подобие жука, но размером с медведя, двигался он медленно, зато вес имел такой, что при каждом шаге лапы проламывали дорожное покрытие.

И явилась вся эта мёртвая братия вовсе не по их душу. Была вторая цель, кто то убегал от них по улице, но кто именно, было пока не рассмотреть. Кто бы это ни был, бежал он медленно, болен, или ранен, а может, просто устал. Своих твари не едят, тогда… Именно, живой человек, которого они так искали.

Джей, предусмотрительно вскочив на крышу одной из машин, вскинул винтовку и начал первым делом отстреливать самых резвых, тех самых низкорослых «койотов».

Шесть выстрелов почти без интервала положили конец загонной охоте, жертва смогла немного оторваться. Точно рассмотреть, кто это был, они не смогли, видели маленькую тощую фигурку в джинсовой одежде, что медленно бежала по улице. Не бежала, ковыляла, едва переставляя ноги и раскачиваясь. Явно этот человек ранен, надо спасать.

Дядя продолжал стрелять, а Бутч ринулся в ближний бой. Он приставил дробовик прикладом к плечу и без остановки стрелял.