Через час, проведенный в безуспешных попытках вычислить, по каким критериям Марк выбирает себе галстуки, и вспомнить, каких джазовых альбомов не хватает в его коллекции, Кили страшно разозлилась на себя. «Мне бы следовало знать такие вещи», — подумала она. В последнее время у нее слишком много сил уходило на ребенка. Впрочем, и раньше, с тех самых пор, как они с Марком познакомились и поженились, дела обстояли примерно так же. Колоссальные перемены следовали одна за другой, на нормальную, спокойную, подробную жизнь просто не оставалось времени. Кили оставалось лишь надеяться, что вскоре все уляжется. А пока ей предстояло выбрать Марку подарок.

В конце концов Кили вошла в книжный магазин при торговом центре. Рядом с кассой был выставлен огромный картонный щит с рекламой только что поступившего в продажу детективного романа Джона Гришема, действие которого разворачивалось в адвокатской конторе. Адвокату такой подарок должен был показаться довольно банальным, кроме того, Марк, по правде говоря, вообще не слишком много читал. Но однажды за завтраком он сказал, что одна из книг Гришема показалась ему интересной. И добавил, что писательским трудом Джон Гришем достиг куда большего, чем когда-либо смог бы добиться, работая адвокатом.

Кили, хмурясь, вгляделась в картинку на суперобложке, прочла аннотацию на клапане и протянула книгу через прилавок продавцу.

— Берете? — спросил молодой человек с бородкой, заметив ее колебания.

Кили все еще сомневалась. Подарить мужу бестселлер — ей казалось, что в этом ощущается недостаток воображения. Как будто она решила отделаться первым, что попалось под руку. «Прекрати», — скомандовала себе Кили. Она сама была бы рада получить в подарок книгу.

— Да, — кивнула она. — Я уверена, моему мужу это понравится.

Пока продавец пробивал чек, Кили все еще пыталась справиться со своим чувством вины. Во всяком случае, ее выбор свидетельствовал о том, что она не пропускает мимо ушей разговоры за завтраком. Иногда ей казалось, что она уделяет мужу слишком мало внимания, постоянно отвлекаясь на обустройство нового дома и на заботы о детях. Правда, Марк не жаловался, довольствуясь тем, что она рядом, хотя ее мысли вечно были заняты чем-то другим.

Заглянув ей в лицо, продавец сказал:

— Он в любой момент сможет вернуть ее назад.

Но Кили вообразить не могла, что Марк пойдет в магазин что бы то ни было возвращать. Он вообще терпеть не мог ходить по магазинам. Когда она отделывала дом, он предоставил ей полную свободу действий, причем считал своим долгом непременно похвалить каждую новую покупку, давая ей понять, что он восхищается ее вкусом и что она может тратить сколько душе угодно.

И все-таки Кили смущало, что выбор подарка для мужа оказался для нее таким трудным делом. Правда, подарки самого Марка тоже не блистали оригинальностью, он обычно шел традиционным путем: цветы и драгоценности. Зато всегда выбирал все самое лучшее, а его щедрость просто поражала ее. «Все-таки выбрать подарок для мужчины намного труднее, — сказала Кили себе в оправдание. — Особенно для такого мужчины, как Марк, поминутно уверяющего, что у него есть все и ему нечего больше желать от жизни».

Марк не уставал повторять, что она уже сделала ему самый драгоценный подарок: дом и семью. Но у них никогда не было настоящего медового месяца, не было возможности побыть наедине друг с другом.