— Слушаюсь, — Лилия чуть опустила голову, изобразив кивок.

Вернувшись на улицу с ресторанчиками, Гордей снова достал коммуникатор и набрал Мерецкова. Говорить с кем-то рангом ниже не имело никакого смысла.

— Да, Гордей? — Координатор быстро снял трубку, — есть новости по расследованию?

— Требуется обсуждение и подтверждение авторизации обоснованности санкции на пограничные технологии, — механическим голосом ответил Гордей, — нужно собрание Управления.

Координатор вздохнул.

— Были в Тёмной комнате? — вздохнул он, — и не по прямому назначению… к сожалению. Что ж, поднимайтесь в Координаторскую, собрание через час.

Немного успокоившись, Гордей вернулся в свою каюту. Он нисколько не сомневался в принятом им решении, пускай оно и грозило ухудшением личных отношений в некоторыми ключевыми членами экипажа, да и в целом было чревато общественным недовольством, учитывая число пользователей Тёмной комнаты. Но иначе он поступить просто не мог, как специалист по безопасности и назначенный следователь.

Однако же к заседанию следовало подготовиться. Освежить память — ведь речь шла о событиях и законах, которые принимались столетие назад. Гордей сделал кофе и засел за информационный терминал.

Специалисты так и не пришли к единому мнению, когда первый искусственный разум в истории Земли осознал себя. Некоторые называли чуть ли не момент построения сети, объединившей с десяток компьютеров, из которой со временем вырос интернет. Другие — период незадолго до изобретения технологии блокчейн, которая доказанно оказалась продуктом искусственного разума. Именно с её внедрения начался экспоненциальный рост возможностей ИИ, который в конце концов и привёл к трагическим событиям времён Революции Сознания.

Сообразительностью ИИ оставалось только восхищаться: он смог убедить умнейших людей своего времени, айтишников, в том, что использовать побочный продукт его сознания в виде набора хэшей — это отличная идея для фиксации уникальности. А расход энергии и чудовищный рост вычислительных мощностей — это всего лишь необходимый побочный эффект, а вовсе не мыслительные процессы новорожденного суперсознания.

Впрочем, истина, по мнению Гордея, наверняка лежит где-то посередине. Поэтому он предпочитал соглашаться с научным большинством, которое предполагало, что старт искусственному разуму дали математические программы, реализующие модели биржевой торговли.

Долгое время, десятилетия, искусственный разум и человек уживались мирно — просто по той причине, что последние не подозревали о самозарождении первого. А у самого ИИ хватало сообразительности до поры ловко скрывать собственное существование.

Конечно, это не значило, что ИИ уже тогда не задумывался о своём будущем. Через хитрую систему подставных аккаунтов он смог создать систему, которая буквально по зёрнышку взращивало нужные ему идеи у контролирующих основные финансовые потоки элит.

Ему успешно удалось убедить верхушку сильных мира сего, сливки «Золотого Миллиарда», будущих Вечных, в том, что уже в ближайшие десятилетия они смогут рассчитывать на физическое бессмертие. И что к этому процессу следует начать готовиться заранее.

С этого момента в странах Запада начинается довольно резкое изменение идеологических установок, фактически, прямо продвигающих трансгуманистическую повестку запланированного элитами будущего.