Теперь на экране возник Клемент, астрофизик и член Управления.

— Дорогие коллеги! — начал он, и в этот момент на экране появилось изображение Второй. Оно всё ещё было достаточно размытым — всё-таки расстояние было предельным даже для самой совершенной оптики, но у Гордея перехватило дыхание: планета выглядела настоящим двойником Земли. Лёгкие перья облаков, синь океанов и зелень материков, кое-где перемежаемая росчерками жёлто-коричневого и белого. Было отчётливо видны полярные шапки, а над северным полюсом горело что-то вроде тусклого зелёного сполоха. «Метеорит?» — растерянно подумал он, и был не прав: — Вторая обладает достаточно мощным магнитным полем. На снимке вы можете видеть северное сияние — оно возникло после выброса протуберанца на звезде, благодаря чему мы смогли довольно точно вычислить параметры магнитосферы. Его средняя напряжённость — 0,6 Эрстеда, что чуть больше аналогичного параметра на Земле. Поле стабильно. И, как видите, его защитная сила обеспечивает существование сложных биологических форм жизни.

— Те зелёные участки, которые видно на поверхности материков, мы однозначно интерпретируем как конгломерации сложных фотосинтезирующих организмов. То есть, растений, — вмешался биолог; его голос звучал за кадром, — моделирование показало, что имеющиеся паттерны простейшие и одноклеточные организмы воспроизвести не в состоянии.

Гордей с замиранием сердца ждал продолжение доклада. Кто выступит следующим? Если появится Белла — значит, они открыли не просто иную жизнь, но иную разумную жизнь.

Заговорил другой человек. Не член Управления.

— Пётр Гришин, — представился он, — планетолог по основной специальности. Вторая однозначно сейсмически активна, мы обнаружили два участка предположительного вулканизма. Однако параметры тектоники нам только предстоит выяснить, на настоящий момент данных недостаточно, — он вздохнул, — тщательно проанализировав все данные, мы вынуждены констатировать, что следы деятельности разумных существ на поверхности планеты не обнаружены.

— Радиоэфир чист, — впервые вмешался Дмитрий, инженер и член Управления, — оптические частоты мы тоже на всякий случай проверили. Никаких признаков использования технических средств. Но мы об этом уже давно знали, от радиообсерватории.

Изображение на экране изменилось. Теперь в его центре висел шар нежно-голубого цвета, кое-где покрытый толстыми полосами белых облаков.

— Первая, — прокомментировал Клемент, — планета-океан. Возможно, имеется суша на полюсах, но она скрыта ледяными шапками.

Изображение изменилось. Голубой шар превратился в оранжево-красную кляксу, сплошь покрытую какими-то странными фрактальными узорами.

— Эти структуры не видны в оптическом диапазоне, — сказал Захар, — то, что вы видите — данные инфракрасной матрицы. Мы создали модель газового баланса планеты и предполагаем, что они представляют собой живые фотосинтезирующие организмы или же конгломераты живых организмов. Что-то вроде подводных лесов.

— Подробный доклад будет доступен членам экипажа в корабельной сети через двенадцать часов, — подвёл итог общей трансляции Координатор, — всем спасибо за внимание.